07'92

Против такого предложения я устоять не смог и с немалым аппетитом перекусил, да и потом Алёна не стала выставлять меня за дверь, вместе пошли смотреть телевизор.

– Не хочу одной оставаться, – вздохнула блондинка, зябко поёжилась и забралась с ногами на диван. – До сих пор потряхивает. Страшно! Днём в дверь соседка позвонила, так я чуть не описалась от неожиданности.

Я воодушевился было, но вместо секса меня ожидал просмотр «Санта-Барбары». Прежде не видел ни одной серии этой мыльной оперы, и Алёне приходилось пускаться в длинные пояснения, да только и так едва не вывихнул челюсть от скуки.

И ко всему прочему, стоило только приобнять Алёну и будто невзначай сунуть ладонь ей под халат, немедленно получил по руке и был отселён с дивана в продавленное кресло по соседству. Нет, вполне возможно, в итоге моё терпение и оказалось бы вознаграждено сторицей, но пришло время отправляться на работу, и я поехал сторожить хозблок сытым и неудовлетворённым.

10|07|1992

утро-день

Утром я писал сочинение. Долго, мучительно и натужно. Но что-то из себя всё же выдавил и даже воспользовался при этом кое-какими советами Зинки, пусть по внутренним ощущениям и вышла полная ерунда. На высокую оценку рассчитывать не приходилось и оставалось уповать, что будет хотя бы тройка.

«Главное не схлопотать неуд», – думал я, выходя на улицу, а только зашагал прочь и сразу понял, что это в моём случае отнюдь не самое главное.

Ни вчера вечером, ни сегодня с утра капитану Козлову так и не дозвонился – и всё же на тротуаре у соседнего здания стояла красная «пятёрка», рядом прохаживался опер. От нехорошего предчувствия засосало под ложечкой, но я переборол неуверенность и двинулся навстречу милиционеру.

– Случилось что? – спросил у него, а Козлов вдруг ухватил меня за грудки и впечатал спиной в стену.

– Ты, Полоскаев, совсем дурак?! – прошипел он с перекошенным от бешенства лицом.

Я на миг просто обмер, потом негромко потребовал:

– Отпусти. А то ударю.

И ударил бы, но Козлов уже оттолкнул меня, развернулся и зашагал к «жигулям».

– Живо в машину! – потребовал он, не оборачиваясь.

Секунду или две я колебался, затем решил, что выяснения отношений не избежать в любом случае, и выполнил распоряжение оперативника.