Штаб ВВС округа его начальником А.З. Устиновым был переведён из Одессы в Тирасполь. В итоге за первый день войны авиация округа потеряла шесть самолётов, выведя из строя 30 вражеских.
А в Прибалтийском, например, ОВО из 880 самолётов к концу первого дня войны осталось не более 500.
Всего советские ВВС в первый день войны потеряли около 1200 самолётов, из них 800 — на аэродромах. Это были потери огромные, но можно ли их назвать катастрофическими? Уже 22 июня 1941 года советские ВВС совершили около 6 тысяч боевых самолёто-вылетов и уничтожили более 200 немецких самолётов.
То есть на два наших сбитых самолёта уже в первый день войны пришёлся один немецкий сбитый самолёт! Не так уж и плохо — если учесть все обстоятельства, предшествовавшие 22 июня, и то, как этот день для многих наших лётчиков начался.
Впрочем, и предшествовавшие обстоятельства были разными. Так, в апреле 1941 года комиссия во главе с начальником Управления формирования и комплектования ВВС генералом А.
В. Никитиным проверяла 12-ю бомбардировочную авиационную дивизию ВВС Западного Особого военного округа. Дивизия серьёзно отставала от нормативных сроков освоения самолётов СБ. Замечу, что если в апреле 1941 года часть получала такие «новые» самолёты, как стремительно устаревающий туполевский СБ, то до этого на вооружении она не могла иметь ничего иного, кроме туполевского ТБ-3, устаревшего к 1941 году просто удручающе.
При проверке выяснилось, что 104 экипажа дивизии находятся всё ещё в стадии переучивания — из-за боязни командования части иметь лётные происшествия.
Энергичный Никитин быстро добился перелома, а результат его инспекции окончательно проявился после начала войны, когда 12-я дивизия сразу отличилась в боях и за высокое лётное мастерство и отвагу личного состава была отмечена в приказе Военного совета Западного фронта.
Но в целом советские ВВС встретили войну не в лучшей форме во всех своих звеньях — от командно-штабного до звена аэродромного обслуживания.
Плюс всё та же проблема перехода на новую технику, переучивание, малый налёт…
Да и проблемы не только качества, но и — как ни странно — количества авиационной техники.
Вначале — о качестве. Я уже писал, что благодаря таким военным «гениям», как Тухачевский и Уборевич, — но отнюдь не только им, — к 1939 году советское авиастроение не дало по-настоящему современных самолётов.
