Соглядатаи немедленно донесли об этом флорентийскому инквизитору, тот отправил донос в Рим, и в судьбу Г. Галилея вновь вмешался римский папа Урбан VIII. Он предписал герцогу Тосканы, чтобы тот запретил ученому принимать этот дар, а также прекратить все дальнейшие сношения с Голландией. И ученому пришлось повиноваться… В уединении он прожил еще 8 лет, не прекращал своей работы и за это время создал для науки столько, сколько другим не удается и за всю жизнь.
За четыре года до смерти Галилей потерял правый глаз, а вскоре ему стала грозить полная потеря зрения.
Ученый просит разрешения переехать в родной город, и папе сообщают, что Г. Галилей уже не может распространять свое вредное учение: „Он до такой степени изможден, что походит более на труп, чем на живого человека“.
Ватикан не оставил его и после смерти. Г. Галилей хотел, чтобы его похоронили в фамильном склепе церкви Святого Креста во Флоренции. Но после смерти ученого во Флоренцию было отправлено послание, в котором тосканскому герцогу рекомендовалось не хоронить Г.
Галилея с почестями. Папский нунций должен был довести до правителя Тосканы такие слова: „Нехорошо строить мавзолей для трупа того, кто был наказан трибуналом святой инквизиции и умер, отбывая это наказание“. На случай, если флорентийцы все же захотят воздвигнуть ученому памятник, в предписании говорилось:
В эпитафии или надписи, которая будет на памятнике, не должно быть таких выражений, которые бы могли затронуть репутацию этого трибунала.
И такое же предупреждение надо будет сделать тому, кто будет читать надгробную речь.
Шах-Джахан
На берегу реки Джамны, в двух километрах от города Агра, который в 1526–1707 годах наряду с Дели был столицей империи Великих Моголов, стоит Тадж-Махал — великолепный мавзолей, сооруженный в память о нежной любви Шах-Джахана к своей жене Мумтаз Махал. В девичестве ее звали Арджуманад Бану Бегам, и была она племянницей влиятельного царедворца при дворе индийского правителя. В 1612 году в 19-летнем возрасте ее выдали замуж за принца Кхуррама, ставшего впоследствии падишахом Шах-Джаханом.
Во время свадебной церемонии отец жениха, грозный повелитель Джангир, нарек невестку Мумтаз Махал — „Украшение дворца“. Молодые супруги нежно любили друг друга. Французский врач и путешественник Ф. Бернье, проживший в Индии 12 лет, в своих записках отмечал, что Шах-Джахан был настолько влюблен в свою жену, что не обращал внимания на других женщин.
