Фигнер так сильно, что она, живой по натуре человек, стала терять всякую потребность в общении. На нее тяжело действовали даже свидания с матерью и сестрой, о чем она впоследствии писала: ""Зачем нарушать душевное равновесие 20 минутами, в которые не знаешь, что сказать и о чем спросить, и, вернувшись к себе, долго не находишь успокоения, чтобы снова замереть на две недели""."
"В тюрьме В. Фигнер пережила и нравственное потрясение, узнав о предательстве С. Дегаева. После этого ей хотелось умереть, но она должна была жить, чтобы выступить в суде и тем самым исполнить свой долг перед ушедшими товарищами.
""Чтобы умертвить нервы, одно средство — книги"", — писала она родным, и в тюрьме взялась учить английский язык…
В 1884 году в крепость в четвертый раз был заключен Герман Лопатин — человек яркой индивидуальности. Он не был членом какой-либо партии, но соприкасался с членами многих групп и кружков. Друг Карла Маркса, Г. Лопатин был первым переводчиком его фундаментального труда ""Капитал"".
В 1884 году он с группой товарищей вернулся из-за границы, чтобы восстановить партию ""Народная воля"". Дело повелось активно, но в октябре он был арестован: взятые у него и у других лиц списки привели к многочисленным арестам, и в Трубецком бастионе Петропавловской крепости оказались Н. М. Салова, П. Ф. Якубович и многие другие. В 1887 году 15 человек были приговорены к смертной казни, которую потом им заменили каторгой; пятерых отправили в Шлиссельбургскую крепость, где Г.
Лопатин провел 18 лет…
""Новая тюрьма"" Шлиссельбурга
Напуганный убийством отца, вступивший на престол Александр III усилил меры по подавлению революционного движения в стране. С 1881 года Шлиссельбург стал для императора ""тюрьмой для его личных врагов — для террористов, убивших его отца и не дававших покоя ему самому; для тех людей, из-за кого он с первых же дней своего царствования оказался запертым в Гатчине военнопленным русской революции"".
Режим содержания узников в Шлиссельбурге был разработан до мельчайших подробностей самим императором и его окружением, и не было такой детали — в организации ли охраны крепости, в выработке ли внутреннего распорядка и т.
д., где бы не чувствовалось его присутствие. Когда ""Новая тюрьма"" была построена, Александр III вместе с семьей 15 июля 1883 года побывал в Шлиссельбурге и потом в одной из своих резолюций писал: ""Это самое сильное и неприятное наказание"".
