Что она там говорила про тетку? Получается, эта гороподобная Магра - ее родственница? Внешне они совершенно не похожи, даже близко не лежали рядом. В этой девушке было что-то такое, перед чем я не мог устоять. Меня влекло к ней с невиданной силой. Стоило вспомнить ее пышную грудь с дерзко торчащими маленькими сосками, белизну кожи и гладкость волос.
Дикал!
— Куда вы, господин? — всерьез забеспокоился Хэймон, мой верный темнокожий помощник.
— Пойду, переговорю с хозяйкой.
— Что-то срочное? — забеспокоился Хэймон.
Ну, как сказать… С одной стороны, я вполне мог бы подождать до утра и дать девчонке отоспаться. А с другой, привычка опережать противника на шаг и на сей раз не изменила. Нет, девчонка мне не враг, а вот ее тетка… Если она так беспокоится о племяннице, что готова выставить ее горбуньей, она вполне может отослать ее подальше.
— Ничего такого, о чем надо беспокоиться, — улыбнулся я. — Проследи за ребятами, чтоб не натворили глупостей. Сегодня день отдыха, но назавтра они должны быть в хорошей форме.
Утро начнем с тренировок.
Я уже, было, оделся и направился к выходу, когда Хэймон остановил меня.
— Что такое? — я остановился, заметив на его скуластом лице беспокойство.
— Эта девушка, господин… Тут что-то нечисто. Боюсь, она принесет вам много хлопот.
Вполне вероятно. И все же я был уверен: удовольствия она принесет больше.
— Она может быть шпионкой, приставленной наблюдать за вами, — продолжил Хэймон. — Сами подумайте: какой нормальной девушке придет в голову разыгрывать из себя горбунью? Мне кажется, это было сделано нарочно, чтобы раззадорить ваш интерес.
Если бы ее не толкнула рыжая, клянусь, она сама бы свалилась в бассейн и тонула, чтобы вы ее спасли.
Я рассмеялся в ответ. Положил руку на мощное плечо темнокожего гиганта и произнес, будучи полностью уверенным в своей правоте:
— Ты слишком обо мне печешься, друг, и видишь предателей там, где их нет и в помине.
Сказав это, я все же отправился к хозяйке гостиницы. С ней у нас состоялся довольно долгий и откровенный разговор.
Едва завидев меня, она занервничала. Глаза ее забегали на побледневшем лице. Будто эта Магра чувствовала за собой вину и пыталась найти себе оправдание.
— Доброго вечера, господин Алексис, — протараторила она, не глядя мне в глаза. — Надеюсь, вы прекрасно проводите время? Или я чем-то еще могу вам помочь?
— Можете, — сознался я, присаживаясь в глубокое кресло. Указал женщине на место напротив: — Присаживайтесь, вам незачем слушать стоя.
