Как итог новый завтрак был готов менее чем через час. К этому времени как раз прибыл Магур со своим отрядом, и мы смогли нормально поесть и поговорить. Но, несмотря на дела, мысли мои раз за разом возвращались к Майлин. Она не спустилась к завтраку, и я решил было отправить к ней служанку с подносом. Но передумал, решив, что она просто решила отоспаться.
— Чему ты улыбаешься, друг? — не выдержал Магур. — Ты все время поглядываешь на ведущую наверх лестницу. Как дракон, который оставил в комнате свое сокровище.
— Так и есть, — рассмеялся я. — В этом унылом местечке я действительно отыскал сокровище. У нее густые шелковистые волосы, голубые глаза и фигура богини.
— Женщина?! — Магур несказанно удивился моему заявлению. — Впервые вижу, чтобы ты польстился на чьи-то прелести. А как же Ниора?
Признаться, мысли о ней давно покинули мою голову. В сравнении с Майлин она уступала — и уступала сильно. И дело не только во внешности.
— Подожди, вот увидишь ее своими глазами, и поймёшь, — пообещал я.
А потом был разговор с Майлин и сжигание простыни — почти священный ритуал. Не думал, что девушка интересуется политикой. Как же много я еще о ней не знал. Каждый день она, как настоящий бриллиант, показывала новые грани своей прелести.
Я был опьянен ей. Настолько, что когда в гостиницу прибыли ювелир и модистка, разрешил Малин выбрать все, что ее душа пожелает. Забавно, но она примерила лишь два платья — самые простые и скучные.
— Так не пойдет, — я поморщился, увидев ее в тусклом бесформенном одеянии.
Это платье годилось разве что для гувернантки или ярой прихожанки. Слишком закрытое, мешковатое и унылое. — Мне не нужна монашка. Примерь вон то, оттенка павлиньего пера. Я же видел, как твои глаза загорелись, когда ты его увидела.
— Но… — Майлин так мило краснела. — Это слишком дорого. И… Я не знаю, как такое носить.
Пришлось подняться с кресла и самому вручить ей платье. В огромной комнате были только мы с Майлин и модистка с тремя помощницами. И все же моя молодая и прекрасная любовница стеснялась.
— Придется тебя научить. Носить платья и снимать их, — шепнул я в ее маленькое розовое ушко. — Сегодня я даже готов исполнить роль твоей горничной. Повернись спиной, чтобы я смог расстегнуть все эти пуговицы и вытащить тебя из этого душного мешка, именуемого платьем.
Она послушалась, хоть и с явной неохотой. Две девушки-помощницы хихикнули, но модистка пригрозила кулаком, и они затихли, опустив взгляды.
