10000 миль, чтобы найти тебя

Я была тихой… на самом деле даже очень. Как будто мое тело онемело, как когда спишь три часа, а кто-то пытается разбудить тебя, и ты думаешь, что уже ночь и тебе нужно продолжать спать, но ты понимаешь, что ошибаешься и что сейчас шесть часов вечера и тебе нужно проснуться… Либо так, либо спать двенадцать часов вплоть до следующего дня.

Спать двенадцать часов… мне понравилась эта идея.

– Что… что такое? – удалось спросить мне.

– Тише, – повторил Алекс, и тут до ушей донесся оглушительный вой сирен.

Боже… зачем так громко? Кто-то плакал… Кто-то плакал неподалеку от меня.

Я почувствовала что-то твердое под собой и услышала странный скрежет.

– Я еду с ней, черт возьми! – крикнул Алекс где-то поблизости. Чья-то рука крепко сжала мою.

Меня уже начало порядком беспокоить мое полусонное состояние, мне хотелось проснуться и посмотреть, что вообще такое творилось. Хотелось проверить, в порядке ли Мэгги, потому что мне не нравилось, что она плакала, но вдруг что-то щелкнуло, и я перестала ее слышать.

– С тобой все будет хорошо… Тише, с тобой все будет в порядке.

Это ко мне обращались?

Я словно боролась с очень сильным препаратом, и предприняла сверхчеловеческое усилие, чтобы открыть глаза и сфокусировать взгляд.

Там был Алекс, рядом со мной… и мы находились в машине скорой помощи.

Я вспомнила, как увидела его окровавленную рубашку перед тем, как потеряла сознание.

Слезы начали стекать по моим щекам.

– Т-ты в п-порядке? – с трудом заставила себя спросить.

– Милая… милая, в тебя стреляли, но с тобой все будет хорошо, – сказал он мне, снова и снова целуя мои костяшки пальцев.

В меня не могли стрелять. У меня ничего не болело…

Хотя мне было холодно… Да, это и впрямь ощущалось все сильнее и сильнее.

– М-мне о-очень холодно.

– Тише, – не переставал повторять Алекс.

Я закрыла глаза, потому что мои силы были уже на исходе, но как раз перед тем, как это сделала, как раз перед тем, как закрыла их, увидела, как открылись двери машины скорой помощи.

Они говорили обо мне?

Последнее, что помню об этом моменте, это то, как пальцы Алекса перестали крепко сжимать мои и как грустно мне стало при мысли, что, возможно… возможно, это был последний раз, когда он переплел их с моими.

Это была самая долгая поездка в моей жизни.