Мне никогда не доводилось бывать на скачках, и, будучи ветеринаром, даже не знаю, приемлем ли данный вид спорта… Я была достаточно скудно осведомлена касательно него, однако мне просто хотелось убедиться в том, что лошади пребывают в хорошем состоянии, в противном случае вся эта трата денег и напыщенность заставят меня почувствовать себя скверно.
Мне было некомфортно находиться в окружении всех этих людей. Меня не покидало ощущение того, что я была как рыба, которую вытащили из воды и она была в ожидании, когда какая-нибудь милосердная душа сделает добрый жест и вернет ее в аквариум.
Именно это мне и было нужно: аквариум, в котором можно было бы держаться подальше от всего этого, в особенности от мира, в котором люди голодалии в котором богатеи с огромным количеством денег считали вполне себе разумным потратить тысячи фунтов на платье…
– Мисс, вы в порядке? – спросил меня Фрэнсис. Наверняка он заметил, как мое лицо побледнело, стоило мне только подойти к двери «королевской ложи».
В ответ лишь кивнула и протянула ему билеты, чтобы он отдал их человеку, который ждал, чтобы пропустить нас.
Войдя, мне удалось немного оглядеться и присмотреться к тому, что меня окружало. Много зелени и потрясающая праздничная атмосфера. Букмекеры общались с гостями и принимали их ставки.
Мы проходили все дальше и дальше вперед, пока не добрались до лужайки рядом с ограждениями, которые отделяли площадку для гонок от зоны отдыха.
Вокруг меня стояли официанты с подносами с шампанским, и оживленные разговоры не давали мне сосредоточиться на главном.
На моем дяде Девоне.
Где он?
Пришлось взять на себя смелость и поискать в интернете, чтобы узнать его, как только мы встретимся.
Меня выбило из колеи то, как сильно он был похож на моего отца: светло-каштановые волосы и зеленые глаза. Даже почувствовала укол жалости при виде фотографий, на которых они обнимаются и переживают разные моменты, в том числе и подобные скачки.
Мой отец был поклонником подобных мероприятий?
Это от него я унаследовала любовь к животным?
Несмотря на все признаки, которые указывали на то, что он виновен в смерти моих родителей, какая-то часть меня хотела встретиться с моим дядей и осознать, что он невиновен, а заодно задать ему тысячи вопросов о моем отце и узнать его чуточку лучше.
Мы продолжили идти с Фрэнсисом вдоль ограждений, не сводя глаз с окружающих. С каждым шагом чувствовала себя все меньше и меньше.
Не нужно было приходить.
Не стоило подвергать себя такой опасности.
Вот же дура.
