Большинство священников, особенно в раннем средневековье, — иностранцы, князья церкви порой не знают польского языка. Одно время римский папа даже подчинил польскую церковь архиепископу Магдебургскому.
Иностранные монашеские ордены спешат обзавестись в Польше хозяйством, добиться независимости, получают земли, строят монастыри и крепости, и к концу XII века католическая церковь становится мощной экономической силой.
Церковь пользуется покровительством не только польских кпязей, которым она нужна как идеологическая подпорка, но и немецких государей и римского папы.
Это не далекая Византия — это реальная сила, способная прийти на помощь церкви в Польше, если та чувствует себя ущемленной. Епископы и монастыри, зная об этой поддержке, далеко не всегда подчиняются королю."
"Болеслав Кривоустый, подчиняя поморские княжества, населенные малыми славянскими и балтийскими народами, несет туда и крест. В то же время прибалтийские земли — объект устремлений германских князей. Герцог Саксонский Альбрехт Медведь основывает на тех землях Бранденбургскую марку — центр дальнейшей немецкой экспансии.
Деятельность немецких завоевателей также сопровождается обращением поморских народов в христианство: те же монашеские ордены, подвластные тому же папе, сопровождают и немецкие отряды. Лозунг у поляков и немцев один — обратить в истинную веру заблудших лютичей, вендов, пруссов и ятвягов. Болеслав Кривоустый, покорив «гроды» Поморья — Волин, Щецин, Колобжег, Белогрод, посылает туда епископа Оттона Бамбергского. Альбрехт Медведь шлет иных епископов, братьев Оттона по ордену.
Но ведь политические интересы Польши и Саксонии противоположны. Оба эти государства стремятся завладеть богатым и важным для торговли южным берегом Балтийского моря. И если отношения Польши со славянскими и балтийскими народами определяются также их этнической близостью к полякам, то для германских княжеств это война с чуждым по языку населением.
Когда же обнаруживается, что Саксония и Бранденбург не в состоянии поглотить Поморье и территории, что лежат восточнее, — нынешние Литву, Латвию и Эстонию, а также русские владения в Восточной Прибалтике, традиции крестовых походов и опыт, полученный на Ближнем Востоке, используются на севере Европы.
Духовно-рыцарские ордены берут на себя основную тяжесть борьбы с непокорными народами Прибалтики и выкраивают себе государства вместо утерянных на Востоке.
Для орденов Польша становится врагом номер один — смысл миссионерской деятельности отступает на второй план.
