Герцог, оставаясь по-прежнему сторонником употребления в зад, за неимением ничего лучшего, натягивал Зельмир именно таким образом, попутно заставляя ее испражняться себе в руку и проглатывая содержимое по мере получения; все это происходило пока Дюрсе разгружал в свой рот Селадона, а для Епископа испражнялся Нарцисс. Несколько минут друзья отдыхали после обеда, а затем перешли в историческую гостиную, и Дюкло отыскала нить своего рассказа:
«Галантный восьмидесятилетний старец, господа, которого для меня предназначала Фурнье, был маленьким, плотного сложения банкиром с чрезвычайно противным лицом.
Он установил между нами сосуд; мы встали спиной друг к другу и стали одновременно испражняться; он завладевает горшком, собственными руками перемешивает наши фекалии и все это проглатывает, пока я подставляю ему рот, чтобы он все это извергнул. Он едва взглянул на мой зад и совсем его не облизал, хотя был в полнейшем восторге; продолжая заглатывать и изливать, он сучил ногами, потом ушел, дав мне четыре луидора за диковинный обряд!
Тем временем мой финансист с каждым днем проникался все большим доверием и все большим дружелюбием ко мне; это-то доверие, которым я не преминула воспользоваться, стало вскоре причиной того, что мы расстались навсегда.
Однажды, когда он допустил меня одну в свой кабинет, я заметила, что он наполнял свой кошелек перед тем, как выйти, из ящика в столе, довольно широкого и доверху заполненного золотом. «Вот так добыча», – говорю я себе. В ту же минуту возымев намерение завладеть этими деньгами, я с величайшим вниманием отмстила про себя все, что помогло бы мне их достать.
Докур не закрывал ящик, но уносил ключ; увидев, что ни дверь, ни замок не были особенно прочными, я решила, что мне не потребуется больших усилий их взломать. Составив план, я дождалась, когда д'Окур уйдет из дома на целый день, как он обычно это делал два раза в неделю – в дни какого-то особенного непотребного сборища, куда он отправлялся вместе с Депре и аббатом, чтобы заниматься вещами, о которых вам может быть расскажет Ла Дегранж и которые не по моей части.
Скоро благоприятный случай представился. Слуги были не менее распутными, чем их хозяин, они никогда не упускали возможности разойтись по своим делам; так что я оставалась почти одна в доме. Полная нетерпения осуществить свой план, я немедленно отправляюсь к дверям кабинета, одним ударом кулака выбиваю ее вовнутрь, мчусь к ящику, нахожу там ключ – я так и знала.
