13-й отдел НКВД

По крайней мере, теперь понятно, отчего пожилые люди частенько любят заявить, будто их поколение поумнее и пообразованнее. Естественно. Тут куда не глянь — везде библиотека в особо крупных размерах.

Строгую атмосферу нарушали огромный шкаф для вещей и два дивана все с той же шелковой обивкой, куда мы, собственно говоря, и уселись.

Хозяин ждать себя не заставил. Вошел буквально через пару минут. Вид у наркома был немного расслабленный. Верхние пуговицы гимнастерки расстёгнуты, ремень отсутствовал. Лицо порозовевшее и какое-то масляное, что ли.

Как у кота, который наелся сметаны. Более того, с появлением Лаврентия, в комнате стал ощущаться тонкий, еле уловимый запах духов. Не мужских. Возникало четкое ощущение, товарищ Берия буквально перед тем, как прийти к нам, имел близкое общение с особой женского пола. Вряд ли он сам склонен к использованию дамского парфюма.

Следом за руководством в комнате появился неизменный Рафаэль Семёнович. Он вкатил небольшой столик, на котором значились закуски, начиная от мясной нарезки и заканчивая фруктами.

Имелись две бутылки вина. «Цинандали». Ну, наверное, логично. Хотя в моем представлении сейчас запотевший графин с водкой смотрелся более уместно. Как бы то ни было, все происходящее нравилось мне меньше и меньше.

— Здравствуй, Иваныч. — Берия обратился не к майору, что было бы более логично.

— Здравия желаю…

— Не надо. Лишнее, — Остановил меня нарком. — Поговорим, как товарищи, которых объединяют общие цели.

Ага. Непременно.

Именно для этого Иваныча сюда и привезли. Больше-то поговорить Лаврентию Павловичу не с кем. Но виду, насколько все это меня напрягает, не показал.

— Угощайтесь. — Берия хозяйским жестом указал на столик с едой."

"Ну, ок. Надеюсь, травить неугодных в 1941 не принято. Есть более действенные методы. Я осторожно потянул с тарелки кусок буженины. Положил ее в рот и чуть не застонал вслух. Вот это вкус! Мясное мясо! Отвечаю, ничего подобного никогда не ел. И вроде не деликатес. Уж в современном мире разнообразием удивить сложно.

Но твою мать… Это и есть тот хваленый советский ГОСТ?

Берия подошёл к нам, собственноручно открыл бутылку вина и разлил по бокалам. Один, что вполне логично, взял себе.

— Ну? Выпьем за победу социализма во всем мире.

«Чокнулись» хрустальной тарой и сделали по глотку.

Нарком отошёл к столу, прихватив свой бокал, а потом сел в кресло, наблюдая за нами сквозь круглое пенсне. В больше мере за мной, чем за майором.