14 дней на любовь

Мужчина в возрасте под шестьдесят был серьёзным и обстоятельным, и ему требовалась помощница: энергичная и активная, способная формировать график его встреч, работать с почтой и его поручениями.

Мы сразу друг другу приглянулись, и уже на следующий день я получила работу. Меня он называл просто Анюта, а иногда из его уст выскакивало «дочка», потому что я одного возраста с его дочерью Таней.

Мы никогда не конфликтовали, да я вообще имела достаточно положительные отношения со всеми в нашей компании. За три года работы знала весь коллектив и чётко выполняла свои обязанности, по крайней мере Назар Николаевич никогда не жаловался, а когда ему что-то не нравилось, просто говорил, как есть.

Он не коренной самарчанин. Когда бывший владелец компании продал восемьдесят процентов акций Фирсову, сложил с себя полномочия, благополучно и по сей день получая дивиденды от акций, оставшихся в его собственности, Фирсов прислал Артемьева из Москвы, чтобы он возглавил компанию.

Вот уже шесть лет Назар Николаевич руководит компанией, вполне себе успешно, хочу сказать.

Я же мечтаю, чтобы этого не случилось, потому как настолько прикипела к Артемьеву, что даже представить не могу в его кресле кого-то другого.

— Доброе утро, девочки, — несусь в приёмную босса, опаздывая на пять минут.

Нагоняй не получу, но это опоздание уже второе за прошедшие две недели, и Назар Николаевич будет недоволен.

— Анюта, привет, — кричит Оля через весь офис. — Уже искал, тычет в направлении двери босса.

— Доброе утро Назар Николаевич, — как только вхожу, заглядываю к начальству. — Искали?

— Заходи, — интенсивно машет руками и, кажется, он в отличнейшем настроение, что не похоже на него. — Анюта, свершилось! — почти скачет от радости.

— Что свершилось? — опускаюсь в кресло, пока не понимая, что же так его обрадовало.

— Я возвращаюсь в Москву! — выдаёт, обнимая моё лицо и целуя в щёку. Никогда не видела его настолько счастливым.

— Как?.. — сглатываю, пока до конца не верю в услышанное.

Мне страшно осознавать, что на его место Фирсов поставит кого-то другого. А вдруг с этим, другим, мы совершенно не сработаемся, не найдём общий язык, работа-то моя мне нравится.

— Яков, наконец, услышал меня.