— Запасы пополнила, — молча кивает, открывая привычным жестом нижний ящик.
Достаёт несколько конфет, открывает, закладывая в рот шариком целиком, и лицо его этот момент, как у урчащего котяры, получившего долгожданное лакомство. Смотрю на него, не в силах сдержать улыбку.
— Завтра мы с Романом отправимся по нашим отделениям в области, к вечеру вернёмся. Всё ему покажу, расскажу, введу в курс дела, а послезавтра в Москву.
— Так быстро?.. — слишком шумно вздыхаю, осознавая, что завтра увижу Назара Николаевича в последний раз.
Слёзы подступают, и я прямо сейчас готова расплакаться.
— Анюта, ну ты чего? — вскакивает, обнимая за плечи. — Ну я же говорил заранее. Неужели будешь скучать по старику? — смеётся, закидывая голову назад. — Я тебя в хороших руках оставляю, вот смотри — Роман Яковлевич, — указывает на Фирсова, и я вслед за его рукой поворачиваю голову, тут же утыкаясь в почти чёрный взгляд. — Молодой, энергичный и куда более симпатичный, чем я, — снова смеётся, щёлкая меня по носу.
Молча киваю, сглатывая нервный ком, колом стоящий в горле.
— А во сколько самолёт?
— О, самолёт, — подпрыгивает Назар Николаевич, — закажи билет на обед. Жена вчера улетела, будет меня уже там ждать.
— Хорошо. В последний раз что-то для вас сделаю… — почти шепчу, до конца не веря, что мой босс больше мне совсем не босс.
— Анюта, не кисни. Всё хорошо будет. Будете с Романом Яковлевичем работать, а он не обидит. Не обидишь же, Роман? — пытливо всматривается в Фирсова, который глаз с нас не сводит.
— Конечно, нет, Николаич. Буду хранить и беречь для себя, — осекается, кашлянув, — как помощницу, которой цены нет.
А меня от его многозначительной паузы в пот бросает и сердце стальным молотом заходится, отбиваясь в позвоночник.
Что задумал? Отомстит за полученную в клубе пощёчину, даже несмотря на то, что заслужил этот жест по отношению к себе? Или, как только Артемьев улетит в Москву, тут же уволит без объяснения причин?
Как же ты поступишь, Роман Яковлевич?
Задаю все эти вопросы себе мысленно, перебирая в голове множество вариантов развития событий, но, кажется, каждый вопрос Фирсов прочитывает в моих глазах, так же мысленно отвечая.
И чем дольше я погружаюсь в бескрайнюю чёрную бездну, тем отчётливее понимаю — уволит, просто избавится от неудобной девочки.
— Я пойду? — смотрю пока ещё на своего босса.
— Да, Анюта. Сейчас Роман Яковлевич покинет нас, а завтра уже по полной программе, прямо с утра с ним сразу по делам.
