1953 год. Смертельные игры

В данном случае важнее знать состояние печени и почек, ибо при отравлении подобного рода препаратами кровоизлияния там должны встречаться закономерно, а при инсульте - нет.

- Естественно, нет. Однако у нас слишком мало данных, чтобы можно было дать однозначное утверждение. Как говорят математики, их количество исчезающе мало.

- Записи ведь можно трактовать по-разному. Однако в то время медицинскому сообществу Москвы был нанесен сильный удар «делом врачей», и в особенности академической элите. Поэтому при анализе их действий это необходимо учитывать далеко не в последнюю очередь.

- Не представляю, кто бы это мог быть. Все боялись. Тем более, необходимо учитывать принятую во врачебном сообществе иерархию и механизм передачи ответственности. Исходя из этого, делаю «дикое» предположение, что таким лицом мог оказаться только министр здравоохранения.

- Лечащие врачи в системе Лечсанупра Кремля выполняли рекомендации консультантов. А вот среди консультантов как раз и была вся академическая элита.

Поэтому значительная часть ответственности за лечение и определение его стратегии лежала на них. Зачастую именно они рекомендовали и лечащих врачей.

- В какой-то степени - да...

- Сказать, что знали наверняка - естественно, нет. Но вопрос ведь еще и в том, как жить. О восстановлении работоспособности не было и речи. Дальше стране предстояло обходиться без Сталина, даже если бы он остался жив.

...Само собой, официальное заключение констатировало естественную смерть - от кровоизлияния в мозг.

На самом деле вопрос о причине смерти Сталина куда более темный. Одно время были доступны для исследователей хранившиеся в РГАСПИ три папки с разрозненными медицинскими документами за разные годы, имеющими отношение к состоянию здоровья Сталина. Никаких выводов по ним сделать нельзя. Более того, с документами последних дней жизни вождя явно проводились какие-то манипуляции, акт вскрытия редактировался, похоже, несколько раз. Когда, зачем, с какой целью?

Более того, можно быть полностью уверенными, что если врачи и заметили какие-нибудь несоответствия в картине болезни, то они постарались их затушевать.

Причина проста: медики боялись, и боялись смертельно. Не зря Берия, по воспоминаниям самих врачей, успокаивал их, говорил, что им доверяют, чтобы они работали спокойно и делали то, что считают нужным. Но Берия высоко, а госбезопасность - вот она, рядом, там правит бал тот же министр, который раскрутил «дело врачей».