1972

Особенно если перед этим ты выпил и не был с женщиной не менее месяца…

– Если быть совсем откровенным, в Нью-Йорк я прилетел не только ради встречи с Майклом. – Глаза Роя смеялись. – Тут у меня кое-какие финансовые дела. Но почему нельзя совместить несколько дел? Майкл, я предлагаю отбросить условности и говорить, как два давних, хороших приятеля. Это ускорило бы дело. Итак, Майкл, сколько книг из этой серии ты собираешься написать?

– Семь. Семь книг. И… приквелы. Если захочу.

– То есть? – Рой улыбнулся.

 – Как это: «если захочу»?

– Герои надоедают. Серию можно тянуть и дольше – десять, двадцать, тридцать книг! Но после седьмой-восьмой книги начинаешь ненавидеть героя. Тебе надоедает этот сюжет, и тебе хочется чего-то нового, свежего. Потому я не знаю, смогу ли написать еще и приквелы. Я уже знаю, чем закончится седьмая книга моего «Гарри», так что… пока на седьмой книге все завершится.

– Майкл, ты уверен в успехе твоих последующих книг по этой серии? И как ты думаешь, фильм будет иметь успех? И еще – кого ты видишь режиссером своего фильма?

– Начну с последнего вопроса.

Лукас. Я хочу Лукаса! Я думаю – он сможет. Даже не так: я уверен, что Лукас сможет. И вообще, вы присмотритесь к нему. У него великое будущее.

– Я слышал, что ты что-то вроде колдуна-предсказателя, – усмехнулся Рой. – Волшебник! Ты правда можешь предсказывать будущее?

– Иногда, – тоже улыбнулся я. – Только тем, кто мне интересен. Друзьям.

– Вот как? – Дисней откровенно забавлялся. – Надеюсь, ты держишь меня в числе своих друзей.

Можешь предсказать мне мое будущее? Например – сколько я проживу? Когда умру и от чего?

Я серьезно смотрел в глаза этому человеку, с лица которого медленно сползла улыбка, и думал о том, стоит ли ему что-то рассказывать? Самим своим рассказом я изменю будущее, и оно уже не будет тем, которое я знаю. Впрочем – а ради чего я сюда послан? Не для того ли, чтобы менять будущее? Вот только вопрос в том, будет ли это МНВ правильным? Ведь каков главный принцип врача? «Не навреди!»

– Рой, а ты в самом деле хочешь знать, когда умрешь? И от чего? Представь: я тебе сказал, и ты знаешь.

Не будешь ли ты потом каждый день считать оставшиеся до смерти дни? Не сойдешь ли от этого с ума?

– Ты серьезно? – криво ухмыльнулся Рой. – Ты говоришь серьезно? Ты можешь предсказать мне дату смерти?

– Могу, – пожал плечами я, продолжая глядеть в глаза Диснею. – Но не хочу. Это было бы с моей стороны слишком жестоко.