1984, Торговец забвением

Похоже, он предполагал, что мы с Флорой будем возвращаться к нему в ложу после каждого заезда, но вслух этого не произносил Странное, мягко говоря, отношение к гостям.

Мы стояли на балконе и ждали третьего заезда, и тут вдруг он спросил Флору, нашел ли Джек человека которому можно было бы сдать внаем одного его Жеребца. Оказывается, он забыл спросить об этом, когда звонил Джеку в больницу.

- Как только вернется домой, тут же этим займется, - с жаром принялась успокаивать его Флора. А мне объяснила: - Окни владелец одной из кобыл, которую арендовал Ларри Трент.

Окни строгим тоном заметил:

- Отличная молоденькая кобылка от Челки. Трехлетка, сердце - как автомобильный мотор. Унаследовала от матери, разумеется.

Я вспомнил.

- Кажется, видел ее во дворе у Джека, - сказал я. - Четыре вечера подряд наблюдал.

- Вот как? - глаза Окни оживились. - Темно-каштановая, на лбу белая звездочка. Глаза добрые.

- Да, точно она! - кивнул я. - Тонкая кость, хорошие прямые коленные сухожилия. И еще мелкие такие шрамчики у плеча.

Похоже, поранилась о колючую проволоку.

Окни был и доволен и раздражен одновременно.

- Вырвалась как-то. Еще двухлеткой была. И это надо же, чтоб напороться на единственную во всем Беркшире колючую проволоку! Прямо на нее и налетела, дурашка. У лошадей вообще с умом туговато.

- Да, легко впадают в панику, - согласился я. Тут Окни заметно потеплел ко мне. Флора заметила это и воспряла духом.

- А ваша кобылка неплохо поработала на Ларри Трента, - заметил я.

- Недурственно.

Выиграла гандикап в Ньюбери и еще один в Кемптоне. Мы с Ларри подзаработали, через букмекеров, конечно, но я надеялся на черный шрифт.

Я заметил, что Флора снова встревожилась.

- Да, разумеется, - с пониманием дела кивнул я и увидел, что она снова расслабилась. Слова «черный шрифт» всплыли из детских воспоминаний и пришлись как нельзя более кстати. Лошади, выигравшие самые престижные скачки и большие призы, удостаивались чести быть пропечатанными крупным черным шрифтом в аукционных каталогах.

«Черный шрифт», заработанный любым производителем, автоматически повышал цену на его потомство на многие тысячи. - Вы и весь следующий год собираетесь ее тренировать? - спросил я.

- Ну если найду кого-нибудь, кто возьмет внаем, - он сделал паузу. - Сам я вообще-то предпочитаю двухлеток. В этом году у Джека было четыре моих. Продам их, если хорошо себя проявят, или сдам внаем. Выгодное дело, особенно если речь идет о кобылах, когда, конечно, они чистокровные.