1984, Торговец забвением

И… э-э… - тут он сделал усилие, вспоминая мое имя. - Рад был познакомиться с вами… э-э… Тони, - рукопожатие заменили два энергичных кивка. - Буду рад снова видеть вас здесь, с Флорой.

- Спасибо, Окни, - сказал я."

"Изабелла нагнулась поцеловать Флору - поцелуй пришелся в воздух, в нескольких дюймах от ее щеки. Затем, рассеянно взглянув на мою перевязь, она, как и Окни, видимо, сочла, что невозможность рукопожатия следует компенсировать какими-то словами.

- Э-э… - сказала она, - так мило…

Они вышли в коридор, и Флора тут же сердито плюхнулась обратно на стул.

- Слава тебе. Господи, все позади! - воскликнула она. - Без вас ни за что бы не справилась, Тони, дорогой. Как хорошо, что вы ему понравились!

- Понравился? - удивился я.

- О да, да, дорогой! Ведь он просил вас заходить еще, что совершенно для него нехарактерно.

- Интересно, как это удалось Изабелле уговорить его ехать домой? - спросил я.

Впервые за весь день Флора беззаботно и радостно улыбнулась. Глаза ее искрились смехом.

- Но, дорогой, они наверняка приехали в ее машине! И если бы он тут же не послушался, она бы вышла и уехала без него. Один раз так уже случилось, скандал был страшенный, и нам с Джеком пришлось сажать его на поезд. Поскольку, как вы заметили, дорогой, Окни страшно неравнодушен к Фкину и несколько месяцев назад попался по дороге домой инспектору и лишился водительских прав… Нo он и об этом тоже не любит говорить.

Вечером того же дня я, наведя порядок в лавке позвонил в Бордо Анри Таве и без особого удивления выслушал его новости.

- Mon cher Тони, никакого Шато Кайо в Сент Эстефе не было и нет. В О Медо - тоже нет. Вообще в районе Бордо такого chateau просто не существует.

- Следовало ожидать, - заметил я.

- Что касается негоцианта «Тьери и сыновья»… - тяжеловесное, типично галльское пожимание плечами. Мне казалось, я явственно вижу его. - Так вот, в Бордо никто не знает негоцианта по имени Тьери. Насколько мне известно, некоторые люди предпочитают называться негоциантами, хотя занимаются только бумажной работой и в глаза не видят вина, которое продают.

- Ты молодец, хорошо поработал, Анри.

- Подделка винных этикеток дело нешуточное.

Голос его дрожал, выдавая глубочайшее возмущение, в искренности которого сомневаться не приходилось. Для Анри Таве, равно как и для всех других владельцев chateau, виноделов и поставщиков Бордо, вино было своего рода религией.