28 панфиловцев. «Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва!»

Не надеясь, что сумеет справиться с обоими, часовой стал снимать заряженную винтовку с предохранителя. Предохранитель примерз и поддавался с трудом.

Иван Коржак, схватившись за ствол винтовки, вскочил и нанес удар ножом. Со спины подбежал разведчик. Через полминуты все было кончено.

– Чуть не сорвалось все, – выдохнул сержант. – Чуткий фриц оказался.

– Да и я не так сработал, – сказал Коржак. – Ладно, забираем гранаты и вперед, пока тревогу не подняли.

Если с первым постом справились худо-бедно без лишнего шума, то при окружении остатков сгоревшей деревни Марфино, где находились немцы из роты резерва, все пошло не так удачно, как рассчитывали.

Один из бойцов задел ногой проволоку с привязанными к ней консервными банками. Простой, но надежный способ поднять шум, известный еще в Первую мировую войну.

Красноармеец сразу остановился, увидев впереди еще один ряд проволоки. На бряцанье банки обратил внимание немец из ближнего дома.

Видимо, он нес дежурство, вышел на крыльцо с автоматом на изготовку и окликнул бойца:

– Юрген, это ты шляешься?

Красноармеец понял, что через несколько секунд немец определит – появились русские.

Понимая, что подвел товарищей, красноармеец бросил уже не нужную винтовку и, зажимая рану, из последних сил добежал до дома. Он сумел швырнуть две гранаты.

Автоматная очередь срезала бойца. Он пытался бросить последнюю имевшуюся у него «лимонку», но она взорвалась у него под ногами.

По команде Ивана Коржака взвод открыл огонь из винтовок и автоматов. Полетели гранаты и бутылки с бензином.

В первые же минуты были убиты и ранены десятка полтора немецких солдат. Но дисциплина сыграла свою роль. В ответ ударили винтовочные выстрелы. Из двух окон выбили доски и открыли огонь пулеметы.

Антон Федосеев, рыжеволосый, мощный в плечах, швырнул противотанковую гранату. Она ударилась немного ниже подоконника. Взрыв перекосил оконный проем, подбросил и смял пулемет, раскидал расчет.

Приблизиться к другому пулемету не удавалось. Двое бойцов упали на снег, который сразу почернел от крови. Ручные гранаты, взорвавшиеся перед домом, лишь сорвали наличники и обрушили завалинку.

Один из домов загорелся от бутылки с бензином. В огонь швырнули еще одну бутылку.