#3 Печать Пожирателя

Потому что видел, что вдоль всего берега висят какие-то пространственные (или воздушные?) аномалии, которые приягивают к себе валяющиеся вокруг них здоровенные булыжники, закручивают их и перемалывают в пыль

Не хотелось бы оказаться разорванным на молекулы…

Поэтому пришлось давать здоровенный крюк и пробираться по сугробам меж кристаллов и мегалитов. Я не забывал крутить головой и «ощупывать» окружающий мир магическим взглядом. Проблема была в том, что моё «особое» зрение при такой концентрации магии кругом оказалось почти бессмысленным — всё вокруг рябило и полыхало, так что полагаться приходилось лишь на человеческие органы чувств…

— Дерьмо космочервей… Чувствую себя калекой!

А в голову, меж тем, лезли разные мысли о моих друзьях, оказавшихся здесь же.

Да, это странно, но несмотря на разницу в наших судьбах, возможностях и знаниях, я всё же ощущал их как друзей… Ну, или хотя бы — ценных приятелей.

Ладно, ладно! Некоторых из них, не всех!

Салтыков… Хоть и оказался сумасшедшим — но у нас было много общего, и он явно относился ко мне как к равному.

Не смотрел свысока, как тот же Василий (вот уж на кого мне было глубоко наплевать), а… Да, впрочем, чего кривить душой? Князь мне нравился — не вопреки своему лёгкому сумасшествию, а благодаря ему, скорее всего.

Что тут скажешь, даже в прошлой жизни часть моих друзей нельзя было назвать «адекватными» в полной мере. Видимо, такой типаж привлекал меня куда больше «осторожных» и «рассудительных»…

Рихтер, Черкасова — тоже приятные ребята.

Если умрут — для меня ничего не изменится — но не хотелось бы допустить подобного."

"Романова — просто возможность, и терять её не стоило. Прямой допуск к императорской семье, как-никак.

Как и княжна Долгорукая — провидица, из влиятельной семьи…

А вот Илона… Илона на самом деле была моей девушкой. Мы не обсуждали наши отношения — но я чувствовал, что испытываю по отношению к рыжей самые положительные эмоции.

Мне нравилось находиться рядом с ней, нравился жар её тела, когда мы были вместе, нравился её ум и… Да, пожалуй, я к ней слегка привязался.

Да уж… Несмотря на то, что моя сущность сильно отличалась от людей, за проведённое в этом мире время я обтесался так, что и сам чувствовал себя человеком, время от времени забывая о своём «божественном» происхождении.