– Нет, – говорила тощая буфетчица с полнейшим безразличием, – он заходил во вторник – мистер Сандерсон, значит.
Толстяк обдумал это сообщение.
– Гм. А мне сказал – в среду.
– Может, и в среду, – поразмыслив, согласилась буфетчица. – А всё-таки, сдаётся мне, во вторник.
Толстяк был тоже человек учтивый.
– Может, он обчёлся, когда сказал «в среду»?
– Что правда, то правда, – отозвалась буфетчица. Последовало долгое молчание. Где-то тикали часы. Луч солнца заблудился между бутылками с ликёром над головой у буфетчицы.
– Но разве я не могла ошибиться, когда сказала «во вторник»?
– Что правда, то правда, – сказал толстяк. Он прислушался к жужжанию огромной синей мухи, словно у той могло быть особое суждение касательно действий мистера Сандерсона. – Как ни верти – всё равно: либо вторник, либо же среда.
– Что правда, то правда, – сказала женщина.
В бар влетел Сэм Пенти.
– Доброе утро! Доброе утро!
– Утро доброе, – равнодушным голосом сказала женщина за стойкой. – Погодка-то опять разгулялась.
– Да, да, разгулялась. Будьте добры, двойной джин и стакан горького. – Буфетчица отвернулась от стойки, чтобы налить пиво и джин, а Сэм поглядел на толстяка, который уставился в свою кружку с таким вниманием, словно рассчитывал обнаружить на дне мистера Сандерсона. – Да что там, второго такого тридцать первого июня и не припомню. А вы?
– И я тоже, – сказал толстяк. Но вдруг забеспокоился, извлёк из кармана записную книжку, насупившись, принялся её изучать и наконец бросил подозрительный взгляд на Сэма, который в этот миг получил свой заказ и расплачивался.
– Спасибо, – сказал Сэм буфетчице. – Ну, а как у вас… вообще?
– Да всё тихо-спокойно, – отвечала она. – А только, сдаётся мне, мистер Сандерсон заходил к нам во вторник.
– А я и не спорю, – с величайшею горячностью заверил её толстяк. – Но мне он сказал – в среду.
– Что правда, то правда, – согласилась женщина. И, немного подумав, добавила: – Но ведь он мог перепутать, как вы думаете?
– Мог.
– Толстяк допил свою смесь. – А только и вы могли ошибиться, когда сказали, что был, дескать, во вторник, нет, что ли?
– Что правда, то правда. Может, оно и по-вашему – в среду.
– Ежели только не во вторник, – мрачно подытожил толстяк. – Ну, мне пора. Адью.
– Пока до свиданьица!
– Всего лучшего, – весело сказал Сэм вслед толстяку. Он проглотил джин и пригубил пиво.
– Тихо-спокойно всю неделю, – уныло протянула буфетчица.
