– Ах, отец, молю вас, сжальтесь."
"– И вот что, юная леди, хватит с нас твоих выходок и капризов. Завтра после турнира мы объявим, что ты выходишь замуж.
– Никогда! Только за Сэма!
– Мы пока сами не знаем, кто твой жених, это ещё надо решить. Но замуж ты выйдешь, даже если придётся держать тебя взаперти на хлебе и воде.
– Не выйду, не выйду, не выйду!
– Выйдешь! – вскричал король. – Такова наша королевская воля. Леди Нинет и магистр Марлаграм, будьте свидетелями.
Мелисента повернулась к старому волшебнику.
– Помните ту брошь, которую просил Мальгрим?
– А как же! Хи-хи-хи! Ведь мы оба за ней охотимся.
– Если вы мне сейчас поможете, она ваша, – нетерпеливо сказала Мелисента.
– Идёт! – сказал Марлаграм с нескрываемой радостью. – И заметьте, я её у вас не просил, хи-хи-хи!
– Нам угодно, чтоб ты перестал хихикать, – сказал король. – И что это за идиотский бред насчёт какой-то брошки? Как бы там ни было, можете нам поверить…
– Остановись, король Мелиот!
Старый волшебник, весь внезапно преобразившись, величественно поднял руку.
Вместо мягкого вечернего света вокруг разлилось зелёное сияние, словно замок очутился под водой. Издалека донёсся раскат грома. Женщины испуганно взвизгнули.
– Ну вот что, Марлаграм, пожалуйста, без этих мерлинских штучек, – неуверенно сказал король. – Они уже давным-давно вышли из моды, мой милый. Так что ты полегче!
Марлаграм заговорил, и зелёный свет перешёл в зловещий багрянец.
– Мелиот, король Перадора! Прозрение, дарованное мне властью Соломоновой печати, отныне нисходит на меня.
Две грозные опасности надвигаются на твой замок. Одна из них – никому не ведомый Красный рыцарь, на завтрашнем турнире он бросит вызов всем и победит всех, кроме одного. А другая – свирепый, всепожирающий дракон, он и сейчас уже рычит и изрыгает пламя в лесу, под холмом. Только тому, кто победит Красного рыцаря, суждено одолеть дракона. Ему же суждено жениться на принцессе.
– Ну, ясно, ясно, – сказал король. – В такой ситуации это самое разумное. Но, любезный магистр Марлаграм, уверен ли ты насчёт Красного рыцаря и дракона? Нет ли здесь какой-нибудь ошибки?
– Ошибки? – воскликнул Марлаграм, и его лицо озарилось в темноте зловещим сиянием, а борода затрепетала, словно язык зелёного пламени.
– Как! Ты посмел усомниться в истинности презрения… в Соломоновой печати?
Грянул страшный удар грома, ослепительно сверкнула молния.
– Нет, нет, нет! – закричал король, вконец перепугавшись. – Ты прав! Это вполне разумно.
