365 дней

Перед глазами я увидела сцену с подъездной дороги, которая по-прежнему была для меня неописуемым кошмаром. Я повернулась лицом к Доменико и уткнулась головой в его плечи.

- Он не может убить его здесь, - сказала я, уверенная, что в общественном месте он этого не сделает.

- Может, - спокойно ответил молодой итальянец, прижимая меня к себе. - И он это сделает.

Кровь отхлынула от моего лица, а в ушах раздался ненавистный звук. Мои ноги стали ватными, и я медленно начала сползать по торсу Доменико. Он держал меня и что-то кричал, а потом я почувствовала, как он поднимает меня и куда-то несет.

- Тебе же нравятся эффектные выходки, - говорил он, запихивая мне под язык таблетку. - Ну же, Лаура, успокойся.

Мое сердце возвращалось к нормальному ритму, когда дверь комнаты с грохотом распахнулась влетел Массимо с пистолетом, засунутым за пояс.

Он опустился передо мной на пол и с ужасом уставился на меня.

- Ты убил его? - спросила я почти шепотом, мысленно молясь, чтобы он отрицал это.

- Нет.

Я облегченно вздохнула и перевернулась на спину.

- Я прострелил ему только те лапы, которыми он посмел прикоснуться к тебе, - бросил он, вставая с колен и протягивая оружие моему опекуну.

- Я хочу вернуться в отель, можно? - спросила я, пытаясь встать, но смешение лекарств от сердца и алкоголя заставило комнату закружиться, и я пошатнулась и опустилась на подушки.

Черный взял меня на руки и крепко прижал к себе. Доменико открыл дверь, через которую мы прошли в подсобку, а затем на кухню, пока, наконец, не оказались в задней части клуба.

Я очнулась в отеле, когда он, ругаясь себе под нос, пытался стянуть с меня сапоги.

- Сзади молния, - прошептала я, полузакрыв глаза.

- Ты же не думаешь, что кто-нибудь будет их каждый раз зашнуровывать.

Он поднял глаза и сердито посмотрел на меня, стаскивая сапоги с моих ног.

- Что заставило тебя сегодня выглядеть как...

- Закончи! - рявкнула я, раздраженная и вмиг разбуженная тем, что должно было сорваться с его губ. - Как шлюха. Это то, что ты хотел сказать?

Черный сжал руки в кулаки, и челюсть его сжалась и расслабилась.

- Ты ведь любишь шлюх, и лучший пример этого - Вероника, не так ли?

Его глаза стали совершенно пустыми, когда я закончила говорить, и я с хитрой улыбкой застыла, ожидая ответа.