А чтобы мои лорды сами мыли пол…о-о-очень сильно сомневаюсь в этом!
Опустившись на колени перед черной квадратной штуковиной, я обнаружила ее! Пыль! Такая махровая…пушистая…и слезно-чихательная.
Собрав немного драгоценности на палец, я потерла им глаза, и мгновенно почувствовала жжение и зуд. То, что надо! Теперь бегом жаловаться, пока слезный спецэффект не закончил действие.
Но не тут-то было! Ни один из моих мужчин не спешил открывать. И, спустя пять минут, когда на пыль мне было уже начхать, моя ладонь болела так, что я была готова заплакать по-настоящему.
Вот же защитнички! Убивать будут – не дозовешься!
И только мое отчаяние достигло того предела, что я приготовилась сменить руку на голову, как одна из дверей открылась.
Сид. Сонный, в пижамных штанах, с голым торсом и соблазнительной порослью темных волос на груди, был похож на плюшевого зайца, которого хотелось прижать к себе и уснуть.
Он тер ладонями лицо, пытаясь взбодриться, и прищуренными глазами искал источник шума.
Такой милаш! И не скажешь, что любитель тройничка!
Через мгновенье, я заливала его волосатую грудь слезами, прижимаясь покрепче, и так натурально всхлипывала, что мне самой себя стало жалко!
На все его вопросы я отвечала лишь хрюканьем и тяжелыми вздохами, и думала, почему мы до сих пор стоим в холле, а не в его комнате, дверь в которую он плотно прикрыл, стоило мне только оказаться рядом.
— У нас гости! И море слез…
А вот и второй братец! Отлично!
— Она ничего не говорит. Ее надо успокоить! Дай воды! — Сид, не выпуская из своих объятий, повел меня в комнату Туата.
Мы сели на постель, и младший брат, подойдя ко мне вплотную, чуть ли, не упираясь своей утренней эрекцией в мое лицо, подал стакан воды.
Вот и как пить, когда перед тобой маячит как минимум двадцать сантиметров?
— Я так понимаю, что ты пришла не для того чтобы помочь мне справиться с этим? — Туат потряс своим достоинством, гордо торчащим кверху.
— Оденься, придурок! — рыкнул на него Сид.
— А что? Я как муж имею право хотя бы надеяться на утренний секс!
И одна из подушек прилетела в его упругий зад.
Выпив воды, всхлипывая и потирая глаза, я выдала свою версию произошедшего утром, наябедничав на куратора. При этом, я не забывала покрепче прижиматься к груди Сида, а он так нежно гладил мои волосы и спину, что мне стало даже немножко стыдно за свой концерт. Поверил. Жалеет. Молодец.
А вот Туат продолжал ерничать и хохмить, то и дело, пытаясь перевести разговор на темы секса.
