48 часов

С каждым шагом удары сердца пробивали грудину, но я заставляла себя переставлять ноги. Сможет ли он когда-нибудь понять? Станет искать?

Слезы снова подступали, но я боролась с ними. И где-то в глубине сознания теплилась мысль: вдруг он включил кодовый замок, и я не смогу уйти. Эта догадка успокоила, и кажется, руки перестали трястись. Последние несколько метров до двери я молилась, чтобы та не поддалась. Молилась, чтобы мне не удалось покинуть квартиру. Шаг. Другой. И я у цели.

Руку на ручку. Прикрыла глаза и выдохнула.

Надавила и от разочарования чуть не ударилась лбом о металл. Открыто.

До назначенного места добиралась на автобусе. Интересно. Чёрный уже проснулся? Надо было оставить записку. Или хотя бы… что? Не знала, но тоска сжигала напалмом внутренности. Легкие. Сердце. Скоро пустота заполнит меня изнутри. И снова станет все равно.

В парк вошла через час, после того, как покинула квартиру Чёрного. В это время народу тут было мало. Лишь пара собачников выгуливала своих питомцев. Огляделась по сторонам и, не заметив никого подозрительного, вынула пачку из кармана.

Не с первого раза удалось подкурить. Руки неверные. Пальцы не слушаются. Нахуй всё вообще?

– Я не понял, кто тебе курить разрешил? – Отец подошел со спины и сцапал меня в объятия. Я вздрогнула, но не успела ничего сделать, лишь слабо пискнула и позволила себя обнять. – Ну ты доча, конечно вымахала… Здоровая стала. Ну чё, рада бате своему?

Я попыталась сделать над собой усилие и выйти из ступора. Его не узнать: похудел, постарел, глаза ввалились, скулы заострились.

И, кажется, стало меньше зубов… Он раньше не был таким. Блядь, да о чем я? Это же отец.

– Привет. – Вышло как-то сухо. Натянула на лицо улыбку и попыталась снова. – Конечно рада! Как ты? Давно откинулся?

Отец воровато стрельнул глазами по руке с сигаретой, и я вынула пачку и протянула ему. Он молча забрал ее у меня и, вынув сигарету, оторвал фильтр и подкурил.

– Да на днях. Пока у братвы отсиживался на хате, думаю, дай посмотрю как там доча моя.

Отец сел на корточки, а мне пришлось опуститься на лавочку рядом с ним. И это оказалось очень кстати. Ноги меня почти не держали. Что я здесь делаю? Почему не сказала Чёрному о звонке? Идиотка! Дура безмозглая! Он же все равно узнает.

– Где живешь хоть? – Пытливый взгляд заставил поёжиться. Я уже забыла, как он умеет смотреть…

– В гараже. – Прикусила язык, чтобы не рассказать слишком многого.

– Понятно. – Взгляд прошелся по сумке на моем плече и батя сощурился.