48 причин, чтобы взять тебя на работу

Желание разговаривать сейчас с кем бы то ни было отсутствовало, но когда на экране отобразилось: "Доктор Роджерс", я незамедлительно приняла вызов.

Голос лечащего врача Шин прозвучал взволнованно:

– Добрый день, мисс Николс.

Во мне же что-то напряглось.

– Здравствуйте, – пролепетала, сжав ладонями сумочку.

– Мне срочно требуется с вами поговорить. Похоже, самочувствие вашей сестры ухудшилось.

– Ох! – Я едва не задохнулась от ужаса, накрывшего холодной волной с головы до ног. Этот день грозил стать самым ужасным в моей жизни: сначала подонок Томас Матисон, теперь эта новость…

Только вот доктор не закончил свою речь:

– Мисс Николс, – позвал меня он, после чего прочистил горло, явно не решаясь озвучить дальнейшие слова.

 – Понимаете, состояние Шин еще не критично, и пока не возникли метастазы, надежда остается. Особенно, если оперативно принять меры…

– Да, конечно, я все понимаю! – Пришлось поторопить доктора: – Но куда вы клоните?

– Необходимо новое лечение. Более… дорогое. Понимаете? И деньги нужны как можно скорее.

Чем раньше мы начнем новую терапию, тем больше шансов на успех.

Док замолчал, вслушиваясь в повисшую тишину. Я стояла, прислонившись спиной к стенке лифта, откинув голову, и даже дышать боялась, настолько ужасным и беспощадным казалось услышанное.

Деньги. Проклятые деньги! Все крутилось вокруг них!

– Сколько? – наконец выдохнула я. Только мистер Роджерс не расслышал моего шепота, и пришлось повторить громче: – Сколько?

– Для начала десять тысяч. Этого хватит минимум на неделю интенсивного лечения.

Я понимаю, что сумма крупная, но метод действенный, прошел проверку и уже многим помог.

Он говорил что-то еще, объяснял, куда и как нужно перевести необходимую сумму, когда приехать и подписать новый контракт… На этом слове я почувствовала, что задыхаюсь. Снова?! Идиотские бумажки, отравляющие даже саму надежду на счастье! Ненавижу!

Док понял, что я потерялась и выпала из разговора.

– Простите, но это все, что мы можем сделать, – его голос на том конце был бесконечно усталым.

 – Конечно, всегда остается вариант перевести Шин в государственную клинику, но, боюсь, терапия, предлагаемая там, не даст нужных результатов. Это практически смертельный приговор. Мне жаль.

Достану. Чего бы мне это ни стоило. Пусть мистер Томас делает все, что захочет. Я стерплю. Ради Шин я готова на все. Это всего лишь тело, всего лишь тело…

Город гудел сигналами автомобилей, кричал разными голосами, провожал сотнями безразличных взглядов.