— Но около половины второго утра с твоим даром начали происходить определенные изменения. При этом резко активировалась работа головного мозга. Повысилась активность нейронов, особенно в тех участках, которые отвечают за память, зрительные и тактильные ощущения, и особенно те, которые задействуются во время использования магии. Пока изменения выглядели неопасными, я не вмешивалась. Нередко во время сна твой дар проявляет необъяснимую активность, что, вероятно, связано с магией сна и тем, что там происходит.
Однако сегодня изменения были очень выраженными. И они прогрессивно нарастали. Поэтому, как только дар начал терять стабильность, я забеспокоилась, но заметила, что он при этом начал менять свою структуру, и подумала, что, возможно, ты умышленно на него воздействуешь и тебе не следует в этом мешать. В результате я перестала вмешиваться в процесс, только контролировала скорость происходящих изменений, чтобы ты случайно не перегорел. По истечение двух рэйнов процесс благополучно завершился.
Дар закрепил обновленную структуру. Но функционально он все еще был нестабильным, что характерно для повышения уровня его развития. Сложность в том, что раньше эти изменения касались лишь одной из ветвей, тогда как сегодня изменили форму сразу три. Но, как мы когда-то и договорились, я не стала влиять на них слишком сильно. И лишь незадолго до пробуждения, когда процесс дестабилизации повторился, я решила поставить блок и подождать твоих дальнейших распоряжений.
Носовое кровотечение развилось незадолго до этого. Судя по всему, ты себя все-таки перегрузил, поэтому существуют риски, что после снятия блока дар снова проявит тенденцию к дестабилизации. Но кровотечение я остановила. Угрозы для твоей жизни не было. Тем не менее на запах крови проснулся йорк и начал проявлять беспокойство, поэтому я его усыпила. В отношении твоего друга я тоже планировала поступить так же, однако до своей постели он не дошел, а внезапный сон в положении стоя мог ему навредить.
Поэтому я позволила ему вмешаться. В таких делах ты предпочитаешь принимать решения самостоятельно. Но если хочешь, я и его усыплю, чтобы больше тебе никто не мешал».
Я утер лицо полотенцем, раздумывая над словами подруги.
О том, что было во сне, я почти ничего не помнил. Вернее, пока еще не помнил, словно кто-то умышленно заблокировал мне не только дар, но и память.
