5. Новые горизонты

Конечно, если прижмет, то Эмма стабилизирует меня всего за сутки, но раз уже сейчас куратор косится на меня с таким подозрением, то что будет, если завтра или послезавтра я явлюсь к нему полностью здоровым?

Эх, как жаль, что на Найаре пока не придумали амулета или артефакта, который позволил бы с гарантией стабилизировать магический дар сразу и без негативных последствий!

Нет, так-то медицина в Норлаэне была развита отлично. Высокий уровень жизни, наличие медицинских модулей, работа опытных целителей… Благодаря всему этому даже неодаренные здесь спокойно доживали лет до ста двадцати, тогда как одаренные без труда переваливали и стопятидесятилетний рубеж.

При этом основную массу проблем со здоровьем норлаэнцам доставляли не болезни, а, как водится, травмы и несчастные случаи. Причем если смертельно опасные травмы больше получали обычные люди, то война… а точнее, война с дайнами… уносила жизни преимущественно одаренных.

Недаром истинных долгожителей среди них было не так уж много. Тот же мастер Даэ, к примеру, являлся старейшим представителем своей линии наследования.

То есть в его немаленькой семье за порог в сто тридцать два года больше никто не перешагнул. А это уже — серьезный повод задуматься, согласитесь? Особенно если учесть, что рождаемость в одаренных семьях была не так уж велика.

Я, кстати, когда в свое время изучал эту тему, порядочно полазал по Сети и поразился тому, насколько далеко здесь продвинулась медицина.

Как оказалось, неизлечимых болезней на Найаре практически не было.

Да и болели намного меньше, чем в моем родном мире. Инфекции стали несусветной редкостью. Большинство заболеваний диагностировалось и излечивалось на ранних стадиях. Долгие и муторные обследования заменялись на простую и эффективную магическую диагностику, а уж наличие медицинских модулей делало процесс лечения не только эффективным, но и максимально удобным для обеих сторон.

Да и с последствиями травм на Найаре научились неплохо справляться. По сути, все, что можно было восстановить или пришить заново, восстанавливалось и благополучно пришивалось.

Безвозвратно утраченные или безнадежно разрушенные органы менялись на бионические протезы. Причем как обычные, для неодаренных, так и высокотехнологичные, управляемые найниитовыми чипами.

Пожалуй, самую большую проблему для местных эскулапов представляли только травмы, наносимые дайнами. По той простой причине, что после тварей пришивать и восстанавливать было попросту нечего.