5. Новые горизонты

Они, к сожалению, не регламентируют абсолютно все ситуации, которые могут послужить препятствием для участия студентов в соревнованиях. В дальнейшем мы их непременно дополним. И все же даю вам последний шанс отказаться от поединка.

— Спасибо, лэн, — благодарно кивнул я. — Ценю вашу заботу, но друзей бросать не приучен. Я в полной мере осознаю возможные последствия и тем не менее все равно выйду на ринг.

— Что ж, пусть будет так, — неохотно отступил куратор, освобождая нам дорогу. — Но вечером нас с вами ждет непростой разговор.

— Когда именно вы желаете меня увидеть? — ничуть не смутился я.

— В девять тридцать.

— Хорошо, лэн. Я буду, — снова кивнул я и, по-прежнему придерживая йорка, быстро прошел мимо.

— Что ты еще успел натворить в крепости, раз куратор жаждет тебя увидеть, да еще и вне рабочего времени? — шепотом спросил Тэри, когда мы удалились на несколько шагов и направились к рингу.

Я только отмахнулся.

Еще через мэн мы, предварительно сняв браслеты и оставив их на специальном столике, наконец заняли свое место на ринге.

Судья подошел и вкратце напомнил нам основные правила проведения поединков. Отдельно сделал упор на том, что лежачих не бьют и выбывших из поединка не трогают. Напомнил, что использование артефактов, амулетов и прочих маготехнчисеких приборов во время поединка запрещено. А когда получил от обеих команд подтверждение, что мы все поняли и убивать или калечить друг друга не намерены, отошел за пределы ринга и уже оттуда скомандовал традиционное:

Мы с ребятами уже успели сгруппироваться и образовать этакий пятиугольник.

Верхние два угла занимали Босхо и Тэри как самые сильные дамагеры. На второй линии встали Сархэ и Лархэ, как одновременно и хорошие дамагеры, и как маги, освоившие достаточно мощные, пусть и несколько однообразные щиты. Ну а обращенную к зрителям вершину занял я, как самое слабое и, к сожалению, незащищенное звено, которое тем не менее следовало беречь.

Йорка я, подумав, все-таки с плеча решил снять и засунул за пазуху, чтобы не отвлекал и не мешался.

Ши это, конечно, не понравилось, но открыто протестовать он не стал. Вернее, не смог, поэтому послушно забрался куда велели и затих.

Наши противники тоже особенно не мудрили и заняли классическую позицию для распределения малых групп: встали они в две линии, в первой — двое, во второй — трое человек. При этом самый старший студент в группе оказался, как и я, на последней линии и точно по ее центру.

Я его, кстати, не знал.