50 и Один Шаг Ближе

Но их не было, у меня не было той силы, чтобы противостоять ему. И он наслаждался этим, пытаясь вырвать из меня хотя бы крик, когда прижигал каждый сантиметр моего рта. Я был его рабом, а мать секс-игрушкой, только вот до сестры он не добрался. Я даже сейчас помню этот запах, который царил в этом доме… лачуге, где не было отопления, да ничего там не было, кроме извращений. Пот, зловоние дешёвой водки и спирта, и его гнилое дыхание. И да, конечно, моя мать всё забыла и пережила, потому что она смогла убежать.

А я остался там с девятилетней сестрой! В этом аду, моём личном аду, и у меня не было выхода! Его просто не было! Теперь моя мама живёт новой жизнью, перечеркнув старую. А вот я… как мне было жить с этим? Как мне было не вспоминать это? Ну что, удовлетворена, Мишель? Ты это хотела услышать?

Мои глаза враз туманятся. Боль… чувствую такую боль и ужас внутри, что с моих губ сорвался судорожный вздох, а по щеке скатывается слеза, затем ещё одна и ещё. Так красочно всё представляю у себя в голове, что словно сама нахожусь в том времени.

Вижу маленького мальчика, терпящего издевательства над собой, защищающего сестру и мать, как он мог. Как умел.

– Достаточно для тебя? Я могу ещё рассказать, как он трахал её в зад, что потом у неё шла кровь. Он разрывал её, продавал таким же, как и он, пьяницам и наркоманам, а ей было всё равно, она была под кайфом. А я нет! Я, чёрт возьми, нет! – Орёт Ник, поглощая всю мою душу, затапливая её эмоциями.

– А теперь беги от меня, крошка! Беги от такого монстра, как я, ведь я совершенно не отличаюсь от своего папочки! Я не изменюсь! Я наслаждаюсь садизмом, как и он. Это у меня в крови, это течёт по моим грёбаным венам и стучит в сердце, которое потухло двадцать лет назад. Ты права и тебе точно не нужен такой урод, как я! Ты же любишь меня осуждать, так пожалуйся, начинай, а я послушаю и посмеюсь, – он добивает меня, увеличивает внутренний острый ком.

Он воинственно настроен, его руки сжимаются в кулаки, а грудь вздымается чаще.

Губы настолько сильно сжаты, что побелели вмиг, а глаза… эти магические глаза горят огнём.

– О, Ник, – шепчу, закрывая рот рукой, чтобы самой не закричать."

"По моим щекам катятся слёзы, я не могу их контролировать. Ничего не вижу из-за обильного помутнения, но смотрю на него и должна видеть только злость. Он – это воплощение ярости, ненависти и сгусток силы, лишь в его понимании.