52 Гц

— В общем, я рассказал Джеймсу, что в детстве мечтал завести ручного кита, — сказал Майкл. — А потом мы встречали Новый год в Чидеоке. Вдвоем, на берегу моря. И он ревновал ужасно, к Эвану, я хотел его успокоить, наговорил ему, что в голову пришло — вот море, вот мы, ну и все хорошо. Потом была вся эта история, он уехал в Париж, переживал… Писал стихи про кита, который остался в океане один.

— Это тот, который сначала у тебя был ручным, а потом ты его бросил?.. Ты его теперь хочешь найти? — растерянно уточнил Бран.

 — Или это типа метафора?

Дакота тихо присела на край дивана напротив Майкла. Она задумчиво смотрела на него, подперев голову рукой. Майкл потер пальцем переносицу, поморгал. В груди от рассказа горько ныло.

— Ну да, — сказал он. — Метафора. Я хочу снять про это фильм. В общем, то, что Джеймс написал, меня, кажется… вдохновило. И я подумал, что это еще не конец истории. Что все равно, даже если ты один, ты вроде как… не один.

— Круговорот вдохновения в природе, — философски сказал Бран.

Майкл нашарил рядом с собой пачку сигарет, потряс, достал оттуда последнюю, сломанную. Выругался, зажал лопнувшую бумагу пальцами и прикурил.

— Я не могу это пересказывать, давайте вы просто прочтете.

Он выкопал из-под диванных подушек изрядно зачитанную прошивку сценария, положил на столик. Ушел курить и нервно наматывать круги у бассейна. Бобби чутко поднял голову с шезлонга, на котором спал, зевнул — и отправился трусить за Майклом на своих лошадиных ногах.

Сквозь стеклянную стену дома Майкл видел, как Бран и Дакота, склонившись голова к голове, читают его сценарий.

Он докурил сломанную сигарету, уронил окурок в бассейн. Потратил минут пятнадцать, пытаясь выловить его пальцами, потом все-таки взял сачок. Он не мог бы сказать, что ему не терпелось узнать, что они скажут. Он опасался услышать дружеское сочувствие. Может быть, они, как и Зак, тоже скажут ему, что все это полная чушь. И что сам он необъективен, думая, что из этой ерунды выйдет что-то хорошее. Он поглядывал в дом, смотрел, как они листают. По лицам ничего было не разобрать. Но, по крайней мере, они читали, даже не переглядываясь. Майклу казалось, что это хороший знак. По крайней мере, так он говорил себе.

Потом они вышли из дома. Майкл невольно поежился, обхватил себя руками, исподлобья глядя на них.

— Теперь я понимаю, почему ты так выглядишь, — задумчиво сказала Дакота.

Она сняла туфли, села на бортик бассейна и опустила ноги в воду.