6. Печать мастера

Но господа тхаэры с пониманием отнеслись к беспокойству опекуна, всерьез озабоченному самочувствием воспитанника. Поэтому его никто не отозвал в сторонку, никто не настаивал на том, чтобы допросить не только его, но и меня. И ни один из них ко мне даже не приблизился, справедливо рассудив, что пока и показаний взрослого будет достаточно.

Не успел я об этом подумать, как бдительно отслеживающий обстановку модуль вдруг подал сигнал тревоги.

«Внимание, — бодро сообщила у меня в голове Эмма. — Зафиксирована неудачная попытка ментального воздействия».

О. Так это не простые тхаэры, а среди них каким-то чудом затесался менталист?

Хотя, в принципе, это было ожидаемо, поэтому я не зря подстраховался. К примеру, амулет мастера Даэ как снял перед купанием, так его потом и не надел. Ну и своевременно дал наставнику веский повод для беспокойства.

Если бы амулет сейчас был при мне, то полноценная ментальная проверка стала бы невозможной. Вернее, ее бы непременно провели, только чуть позже и уже совсем в других условиях.

Но в нашем случае будет намного лучше, если меня проверят сразу. Именно тогда, пока еще свежи воспоминания о случившемся, пока я травмирован и, соответственно, выбит из колеи. Ведь именно тогда мои эмоции будут особенно яркими и живыми. И именно тогда можно будет с уверенностью утверждать, что я никого не обманул.

Что же касается наставника, то, как я уже сказал, в эмоциональном плане он был далеко не так спокоен, как это было необходимо. Но пока его терзала не наигранная тревога за меня, ни один менталист не смог бы сказать, с чем именно она связана.

И ни один кибэ не вменил бы ему в вину некоторую, вполне объяснимую в подобной ситуации нервозность.

Сквозь полуопущенные веки я оглядел задумчивые рожи тхаэров, но магами из них оказались сразу трое, причем с ходу было непонятно, кто из них менталист. Ауры у всех троих смотрелись одинаково ровно. Все они вели себя одинаково сдержанно. Да и в мою сторону никто из них лишний раз не смотрел, так что гадать можно было до бесконечности.

Впрочем, довольно скоро этот вопрос отпал, потому что, когда Эмма сообщила о второй попытке ментального воздействия, на меня внезапно накатил еще один приступ тошноты и я, едва успев добежать до кустов, снова шумно опорожнил желудок.

При этом один из тхаэров едва заметно скривился, второй, напротив, даже глазом не моргнул, тогда как третий непроизвольным движением потер висок, будто его внезапно заломило.