6. Печать мастера

Убивать меня научили вы. Тогда как все остальное я освоил уже самостоятельно.

Лэн Даорн еще немного помолчал, буравя меня напряженным взглядом, но потом его взор внезапно погас. После чего наставник вдруг устало опустил плечи и тихо-тихо спросил:

— Скажи, Адрэа, что я делаю не так?

— В каком смысле? — не понял я.

— Вот ты уже взрослый парень. И вроде бы за эти годы я успел неплохо тебя изучить, однако на самом деле выясняется, что я совсем тебя не знаю. И ты остался таким же колючим, подозрительным и скрытным мальчишкой, который и на выстрел никого к себе не подпускает.

Я озадаченно кашлянул.

— Вы что, вините в этом себя?

— А разве есть другие варианты?

Эм. Вот уж не думал, что он настолько болезненно к этому отнесется.

— Дело не в вас. Это у меня мозги набекрень повернуты, — наконец промолвил я. — Но есть вещи, о которых в принципе говорить непросто. А еще есть вещи, о которых вам не следует знать, потому что это слишком опасно.

Лэн Даорн невесело хмыкнул.

— И это говоришь мне ты, пятнадцатилетний пацан, которого я взял на обучение в младшей школе… Скажи, чего еще я о тебе не знаю? И что такого скверного ты можешь привнести в мою жизнь?

— Уверены, что вам это нужно?

— Если помнишь, я всегда просил тебя лишь об одном — чтобы ты был со мной честен, — пристально посмотрел на меня наставник.

— И мне казалось, что ты достаточно хорошо меня знаешь, чтобы хотя бы в чем-то начать доверять. К тому же все самое худшее ты, полагаю, мне сегодня продемонстрировал. Поэтому не вижу смысла и дальше что-то скрывать, тем более что самое главное я о тебе уже знаю, не так ли… Адрэа Расхэ?

«Я же говорила, — тихонько заметила у меня в голове Эмма. — Твой наставник — умный человек, который умеет делать верные выводы».

— И давно вы знаете? — ровно поинтересовался я, слегка качнувшись на носках, но пока не проявляя признаков беспокойства.

Лэн Даорн едва заметно улыбнулся.

— Разве я себя чем-то выдал? Ну если не считать тех дурацких ведомостей, конечно.

— Нет, — качнул головой наставник. — Ведомости лишь навели меня на подозрения. Альнбар Расхэ вряд ли стал бы оплачивать шестилетний курс обучения для ребенка, если бы тот не был для него чрезвычайно важен. Вариантов, почему он так поступил, мне пришло в голову всего два. Первое — тан с самого начала видел в тебе очень перспективного мага, за которого следовало держаться. И второе — его решение было продиктовано личными мотивами.