6. Печать мастера

— И есть основания полагать, что при объединении нескольких семей эта цифра никак не изменится. Поэтому стране выгоднее иметь несколько маленьких семей с уникальным даром, чем одну большую. Что же касается рода… да, в принципе, такие семьи можно было бы включить в общую классификацию одаренных. Но, во-первых, их всегда будет мало. И, во-вторых, о них узнают. Так что тэрнэ считает, что это нецелесообразно, и предоставляет провидицам защиту, а также организует их работу, при этом не раскрывая ничьих имен.

Я собрался задать учителю еще несколько вопросов, раз уж он настолько расщедрился, что поделился ценной информацией, но тут у меня в голове словно зазвонил невидимый колокольчик.

— Кажется, тебе пора просыпаться, — заметил старый маг, когда я беспокойно заозирался в попытках понять, что это было и не глюк ли это вообще. — Что-то слышишь? Кажется, что тебя кто-то зовет, хотя голоса не различаешь?

— Что-то вроде того. В ухе зазвенело, — признался я. — И появилось ощущение, что мне надо срочно уйти.

— Это хорошо. Раз ты даже во сне стал ощущать реальное время и понимать, когда оно подходит к концу, значит, твой дар очень скоро созреет для перехода на следующую ступень.

Я аж напрягся, ожидая, что и мастер Рао сейчас скажет, что это ненормально для самородка, но старый мастер лишь мягко улыбнулся.

— Иди. Реальная жизнь — совсем не то же самое, что жизнь во снах. Поэтому, хоть порой и велик соблазн здесь задержаться, помни, что самое важное происходит именно там. И туда же время от времени даже магам сна нужно возвращаться.

Следующим утром, как и ожидалось, Тэри я снова не добудился, поэтому и на пробежку, и в столовую отправился без него. Кэвин, Ания и Нолэн завтракать нередко не приходили, поэтому поел я быстро, после чего набрал целый поднос еды и потащил в общагу, прекрасно зная, что после тяжелой загрузки друг проснется поздно и непременно будет голодным.

И надо же было такому случиться, что прямо в дверях мы едва лоб в лоб не столкнулись с Айрдом Босхо. Я едва успел отскочить в сторону и отдернуть руку, чтобы не опрокинуть тяжелый поднос прямо ему на мундир.

— Осторожнее, — буркнул крепыш, инстинктивно уклонившись и тем самым окончательно избавив нас обоих от неприятной сцены. — Надо смотреть, куда идешь.

Но сказал на удивление тихо, спокойно, почти вежливо. После чего, о чудо, даже посторонился, давая мне пройти. И, как ни странно, сегодня в его взгляде не было той ненависти, которая буквально сочилась из него вчера.