6 Секретов мисс Недотроги (СИ)

И по рядам одновременно выдохнули немногочисленные вампиры. Кто-то звякнул мечом, и мой взгляд непроизвольно выхватил из пестрой, празднично одетой массы темную фигуру Барраги, главы вампирского клана, которому я так и не успела рассказать о гибели его подопечного.

Но разум не давал отвлечься, охваченный только одним. Фаворрой. На нем скрестилось внимание всего зала, во внезапной рубленой, напряженной тишине.

Удар сердца. И Диего… засиял. Низкий рык родился снова, но он уже не уговаривал, не убеждал. Зов шипел, хлестал, задевая всех без разбора.

Не разделяя на происхождение и расу. В нем добавились чуждые, резкие ноты. В нем билась… магия.

Командир к альфа-зову добавил флер. Подчиняющий, издевательский, вымораживающий до костей.

Кому-то в зале стало плохо, но в основном гости держались. Ругались сквозь зубы, потирали предплечья и колени. Лорды, судя по быстрым движениям рук, окутывали себя и свиту магическими блоками.

И мне было непонятно, к чему ведет командир. Пока откуда-то снаружи… из приоткрытых иллюминаторов не раздался дальний, еще едва слышный… то ли шелест, то ли сип.

Нарастающий, дергающийся порванной тряпкой, сопровождающийся неровным ритмом щелчков.

К кораблю приближалось нечто неизвестное. Ужасающе чуждое. Оно шло на зов Диего.

Глава 30. О борьбе и единстве противоположностей

Сам командир продолжал стоять неподвижно, так, что ноги, казалось, вросли в доски пола. Лицо побелело, до прозрачной четкости подчеркнув скулы. Волосы плыли от концентрации флера словно под незримым ветром.

Посреди зала стоял высший фейри, совершенно мне незнакомый, решивший по каким-то своим соображениям принять облик командира, но не способный спрятать свою истинную иную сущность.

В глазах вместо синевы крутились водовороты, переливаясь голубой и серебряной ртутью. Он… продолжал звать.

Первым пришел в себя Вальтез.

— Какого пращура…, - капитан поднял голову, пытаясь что-то рассмотреть в ближайшем иллюминаторе, — Десятый, ты что творишь?! Нормальный был у тебя дар, не надо нового!

— Д-да, — дрожащим голосом подхватила Присцилла.

 — Мы ошиблись, прежний был замечателен.

Наверху что-то шумно вздохнуло, и сип со щелканьем раздался совсем близко. Буквально… у корабля.

Корабль тряхнуло. Где-то наверху раздался влажный шлепок и после этого отчетливо хрустнуло, будто на палубу уронили мокрую тушу эдак в десяток тонн веса, и дерево, естественно, не выдержало, подавая сигнал непроизвольным стоном и треском.

Еще удар. Уже с другой стороны.