В штуке, которую ты держишь много подобных записей. Но сейчас речь не о том. Именно это письмо ты сможешь посмотреть всего единственный раз. Именно сейчас. Поэтому слушай внимательно и запоминай. Про другие письма узнаешь позже.
Запомни одно важное правило. — Продолжил князь. — Мой подарок не будет работать в присутствии других людей. Даже если они будут подслушивать и подсматривать, он не включится. Фёдор — единственное исключение.
Надеюсь, ты слушаешь меня, а не углубился в собственные мысли? — Взгляд князя был спокоен.
Глаза смотрели по-доброму, а на губах иногда проскакивала лёгкая улыбка. — Теперь поговорим о важных для тебя событиях.
Отправят тебя на тот свет в твоём любимом Михайловском замке в начале марта следующего года. Иронично, правда? Построил себе крепость, чтобы спрятаться от заговора, а тебя в ней и придушили. — Князь усмехнулся, однако намёк на веселье и доброту в его взгляде пропал совершенно. — Причин для твоего убийства было множество. Но есть главные. Твоя упёртость и неспособность разбираться в людях! — Павел разозлился на оскорбление, но кое-как удержал себя в руках, помня, что второй раз увидеть и услышать это «письмо» ему не удастся.
— Ты верных людей от себя отогнал, а змей на груди пригрел. Спрашивается, какого чёрта ты цацкаешься с семейкой Зубовых? Ведь знаешь же, что они на тебя злы. Поверил сладким речам? Любишь лизоблюдов? В последнем сомневаюсь. Панину, племянничку своего учителя, чего вдруг доверился? А ведь он основной вдохновитель твоего заговора. Спроси его прямо, про заговор.
Панин тебе честно ответит, что участвует в нём, но только с целью раскрыть заговорщиков. Хитрый сука! Если ты ждёшь, что я всех причастных к твоему убийству перечислю, то сильно ошибаешься. Тех намёков, что я тебе дал, умному человеку достаточно. А не умному… — Лицо князя расслабилось и обрело спокойный вид. Павел, наоборот, пребывал в полной растерянности.
— Мне по большому счёту без разницы, с кем из царей русских отношения налаживать. С тобой или с внуком твоим. — Меланхолично продолжил он.
— С сыночком, который молча одобрил убийство родного отца, я дел вести точно не буду. Причину твоей смерти от народа скроют. Скажут, умер от апоплектического удара. Как думаешь, почему? У Фёдора спроси, как к тебе народ относится. Он тебе скажет правду. Но у тебя свои страхи, поэтому ты от народа отгораживаешься и крепости строишь. Ещё одна насмешка истории. — Князь замолчал, словно давая Павлу время.
— Это правда? — Он поднял взгляд на Фёдора.
