Даруджистан стал сапфиром, сверкающим в браслете мира.
Но вся его красота, вся его самовлюбленная гордость, все его многоразличные голоса не могут порадовать ее.
Этой ночью госпожа Видикас узрела будущее. Каждый его год. Тогда, когда ощутила крепкую руку супруга. Что до луны… да, она кажется вещью из прошлого, приглушенным воспоминанием. И все же память уносит ее назад.
На балкон, похожий на вот этот; в ночь, сегодня кажущуюся такой далекой.
Госпожа Видикас, урожденная Чаллиса Эстрейсиан, узрела будущее.
И открыла - здесь, стоя в ночи и опираясь о перила - что лучше бы ей было остаться в прошлом.
***
“Поговорим о плохих временах, когда кончатся ривийские лепешки”. Ругаясь вполголоса, Хватка пробиралась сквозь толпу Приозерного рынка, расталкивая голодных и до одурения пьяных гуляк, не стесняясь пользоваться локтями и сверкать глазами в ответ на каждую полубезумную ухмылку. Наконец она оказалась на узкой улочке, по щиколотку заваленной мусором. Где-то к югу от Парка Бортена.
Она предпочла бы более простой путь к любимому бару, но Празднество сейчас в самом разгаре.
Плотнее прижав подмышкой сверток с плоскими лепешками, она помедлила, стараясь расправить помятый плащ; скривила губы, увидев свежее пятно, оставленное каким-то неосторожным прохожим - эти дурацкие гадробийские кексы! - и попыталась стереть его, отчего пятно стало только больше. Настроение стало еще гаже. Она двинулась дальше, расшвыривая ногами мусор.
При удаче Госпожи Синий Жемчуг и Дергунчик преуспели больше нее.
Они должны добыть салтоанское вино и вернуться в “К’рул-бар”. А вот она еще здесь, за двенадцать улиц и две стены от бара. И между ними двадцать - или тридцать? - тысяч обезумевших идиотов. Станут ли приятели ждать? Ни шанса! Проклятая Дымка и ее пристрастие к ривийскому лавашу! Эти мысли и растянутый локоть составили заговор, намереваясь испортить Хватке первую ночь фестиваля. На самом ли деле локоть просто растянут? Судя по тому, как Колотун покосился на досаждающий ей отросток и пожал плечами, дела могут быть и хуже.
"
"Но чего еще ждать от Колотуна? После отставки он стал жалким; рассчитывать, что его будущее снова взойдет на высоту, словно солнце - столь же бессмысленно, чем надеяться на то, что Худ забыл внести тебя в список. Ну, не он один стал жалким…
Стоп! Зачем кормить дурной характер заботливо разжеванными мыслями?
Затем, что ей вроде бы легче становится.
