Те, у кого было мало охранников, рисковали стать жертвами жестокого и отчаянного нападения обездоленных, страдания которых все возрастали.
В сотне шагов от главной дороги, известной как Джатемова Суета, стало казаться, что единственному хранителю жалкого каравана выпадет именно такая участь.
Когда грязные руки цепко ухватились за спицы колес, а другие протянулись к лошадям, человек в капюшоне обернулся к обнаглевшим бродягам, натянул поводья и выпрямился. Казалось, он вдруг стал больше и толще.
На него обратились взоры как испуганные, недоверчивые, так и довольно - таки наглые.
Какой-то оборванец прыгнул за спину одного из возчиков (как и охранник, они ехали под капюшонами), сильно потянул… От толчка капюшон упал с головы.
Обнажив гнилое лицо мертвеца. Лишенная волос голова повернулась, пустые глазницы уставились на занявшего сиденье человека.
Когда непоседник завопил, пытаясь соскочить с фургона, одинокий караванный страж выхватил сабли, показав широкие лезвия, раскрашенные яркими полосами, черными и светло-оранжевыми.
Капюшон слетел, явив взорам широкое лицо, татуированное таким же образом; открылся рот, полный длинных клыков. Охранник улыбнулся. В его улыбке не было веселья - только обещание резни.
Толпе этого хватило. Люди с криками и визгом разбегались.
Через несколько мгновений четыре фургона и их одинокий страж продолжили путь. Выехали на Джатемову Суету, присоединившись к направленному в город потоку. Одинокий татуированный охранник вложил сабли в ножны.
"
"Лишившийся капюшона труп на первой повозке не был расположен снова прятать лицо; вскоре неживой возчик приобрел хлопающий крыльями, вопящий эскорт из трех ворон, пытавшихся подкормиться на голой макушке. Когда караван достиг ворот, одна из ворон сидела на голове мертвеца, а две другие на плечах; все они деловито отдирали полоски сухого мяса с его лица.
Стражник у ворот прищурился на полосатого звероподобного охранника. Тот осадил коня под аркой.
- Грантл, ты, что ли? Вижу, была замятня. Это караван Сирика?… о боги!
Крик был доказательством, что стражник разглядел возчика на первом фургоне.
- Лучше пропусти нас, - тихо, хрипло сказал Грантл. - Я не в настроении беседовать ни с кем, кроме Сирика. Думаю, он уже переехал в новый особняк?
Стражник кивнул. Глаза его были малость дикими, лицо исказилось. Сделав шаг назад, он махнул рукой.
Путь до имения Сирика оказался благословенно коротким.
