Слева по улице дочери Драконуса распахнули свои садки, изливая гудящие потоки разрушения, поглощая пятерых зверей перед собой.
***
Молотящее зазубренное лезвие шаг за шагом оттесняло Спиннока Дюрава. При каждом ударе брызгала кровь, отлетали на землю звенья кольчуги. Так много тонких полос, они свесились и звенят при каждом мучительном шаге воина. Когда Спинноку удавалось отразить выпад Каллора, сотрясение отдавалось в руке, превращая мышцы в бесчувственный студень.
Кровь вытекала из бесчисленных ран.
Шлем его давно слетел; тот удар оглушил его, срезал часть скулы.
И все же он сражался; он сдерживал Каллора.
Каллор.
За глазами Верховного Короля не было души. Древний воин целиком отдался бешенству берсерка. Он казался неутомимым автоматом. Спиннок Дюрав не смог найти ни одной ошибки, ни одной щели для контратаки. Все, на что он оказался способен - уворачиваться от смертельных ударов, смягчать их силу затупившимся лезвием, подставлять все новые куски неповрежденной кольчуги.
Обширные синяки, треснувшие кости, зияющие разрезы, из которых течет кровь, уже не поглощаемая шерстяной одеждой… он шатается под бесконечными атаками.
Долго он не продержится.
Все уже и так длится сверх всякого вероятия.
Спиннок блокировал очередной боковой удар, но звук столкновения мечей был каким-то глухим - рукоять дернулась в руке - навершие отпало, срезанное с основы. Он хрипло вздохнул, подныривая под свистящим лезвием, наклонился назад…
Но Каллор шагнул, не давая ему отступить.
Обеими руками занес меч.
От силы удара рука Спиннока опустилась. Оружие рассыпалось - клинок пролетел, кувыркаясь, в воздухе, обломки рукояти выпали из онемевших пальцев.
Поднимаясь, меч Каллора прорезал ему грудь.
Тисте Анди упал, тяжело ударившись о склон придорожной канавы. Сгорбился - кровь текла по лбу - и закрыл глаза.
Услышал, как приближается хриплое дыхание Каллора.
По лицу Спиннока тек пот, но он не открывал глаз.
Он ощутил ее. Далекую смерть. Да, он ее ощутил - как и боялся. Очень боялся. Он многое свершил на этом перекрестке, он держался до последнего мгновения… но самым трудным делом было - улыбнуться, раздвинуть разбитые, окровавленные губы.
И улыбка его помешала Каллору опустить меч. Остановила его… на время.
- К чему, - сказал он спокойно, - было всё это, Спиннок Дюрав?
Но павший воин не отвечал.
- Ты не мог победить. Ты мог лишь погибнуть здесь.
