Внешний вид Кащея как-то не соответствовал стандартным представлениям об этом персонаже: спокойное уверенное лицо с правильными чертами, волевой подбородок, высокий лоб, умные проницательные (и чертовски выразительные, надо сказать!) глаза. С такой внешностью не черным колдуном быть, а армией командовать. Почему-то мне казалось, что настоящий Кащей должен быть старше, раза в два как минимум. Конечно, я не думала, что все Кащей уже рождаются тощими сморщенными стариками, но вид молодого и полного сил мужчины вместо пожилого, трясущегося от собственного могущества старца почему-то напрягал.
А с другой стороны, это сильно развязывало руки – вести борьбу со стариками не в моих правилах.
Впечатлительный советник тоже был до неприличия молод, как и Кащей от силы лет на пять старше меня. Тоже высокий, но более крепкого телосложения, с карими глазами и темными до плеч волосами, забранными сзади (ну не на макушке же!) в хвостик. На мой нестандартный взгляд он был похож на обиженного суслика.
– Александр, – впервые обратилась я к князю по имени, – почему тебя называют Кащеем?
– А тебя Бабой-ягой? – ответил он вопросом на вопрос.
– Потому что я живу в доме, где когда-то обитала злобная ведьма. А людям сложно доказать, что ты не верблюд, если даже и живешь в его клетке, – со вздохом призналась я.
– Вот и я так же.
– И ты не занимаешься черной магией?
– Ну почему же, – нехотя ответил Кашей. – Иногда это бывает необходимо.
– Ну и кому ты собираешься приносить меня в жертву? – как можно бодрее спросила я, чуть ли не проявляя готовность тут же бежать к жертвеннику.
– Я бы не стал на месте князя отдавать тебя демонам, а с удовольствием придушил голыми руками, – совершенно серьезно высказался Виктор.
Похоже, рассказы обо мне произвели на советника куда большее впечатление, чем на самого Кащея. Ишь как за князя печется, боится, что я ему навредить могу. Конечно, могу. Но не хочу.
И я обиделась. Даже среди демонов я не пользуюсь авторитетом. Какой ужас! Неужели от меня действительно никакой пользы, что все стараются от меня избавиться?
– Не обижайся, Алена, – еле сдерживая улыбку, сказал Кащей.
– У Виктора сегодня был очень трудный день, и он во всех подряд видит моих врагов.
– Это его трудности, – не собиралась уступать я и мстительно добавила: – Паранойя плохо поддается лечению.
– Наглость тоже, – сквозь зубы процедил советник.
– Наглость вообще не лечится, это черта характера.
– Заметно.
– Не всегда.
