Тяжело отдуваясь, мы с советником стояли по разные стороны от Кащея, словно бараны в соседских огородах, и буравили друг друга далеко не дружелюбными взглядами.
– За вами что, упырь бежал? – глядя на нас по очереди, удивленно спросил Александр.
Я, не в силах больше сдерживать душивший меня смех, расхохоталась:
– Ага. В некотором роде.
– Убери ее от меня! – зло прошипел Виктор, с трудом переводя дыхание. – Иначе я за себя не отвечаю!
– А разве не ты сам за ней гнался? – усмехнулся князь. – Или я чего-то не понимаю?
– Тьфу, черт! – в сердцах выругался советник.
– Истинная Баба-яга и есть!
– Что она тебе сделала-то?
– Напугала, зараза! – Виктор вытер взмокший лоб рукой. – Только попадись мне еще раз!
– Думаешь, испугаюсь? – весело огрызнулась я.
– Это мы еще посмотрим.
Кащей повернулся за объяснениями ко мне, но я ответно ябедничать не стала, предоставив жертве моего коварства самому красочно живописать незабываемую встречу со злобным упырем, но тот тоже не спешил вдаваться в подробности.
Ему больше сейчас хотелось разобрать меня на запчасти или просто стукнуть по голове чем потяжелее, но присутствие князя сдерживало неожиданно проснувшиеся кровожадные порывы.
– Ты у меня еще побегаешь, – многообещающе буркнул Виктор.
– Уверен, что не наоборот? – не осталась в долгу я.
– Уверен, уверен.
– Так. Все. Прекратили! – скомандовал Кащей, понимая, что наши пререкания только начали набирать силу. – Алена, я тебя попрошу впредь больше не пугать моего советника, он мне еще пригодится.
Я фыркнула, мол, не больно-то и хотелось.
– А ты Виктор, – обратился князь уже ко второй половине недоразумения, – поумерь свой пыл и перестань к ней цепляться.
Советник гневно на меня зыркнул, давая понять, что инцидент еще отнюдь не исчерпан. Я подтвердила это «ласковой» улыбкой.
Уснуть у меня не получалось, хоть я и сильно старалась. Ну какой нормальный человек сможет заснуть, если он встал всего несколько часов назад, проспав перед этим почти сутки? Вот и я не смогла.
Ночь меня не пугала, а тупо сидеть в комнате и с тоской дожидаться рассвета было неинтересно и скучно. Я честно старалась быть пай-девочкой и боролась с искушением побродить по замку. В голову лезла всякая чушь, начиная от моего нынешнего положения и заканчивая судьбой двух государств. Ни до чего полезного и умного, естественно, я так и не додумалась, только головную боль себе нажила.
