– А он уже был здесь? – В голосе парня было столько неподдельного удивления, что я еще раз подивилась человеческой наивности."
"– Откуда ж ему тут взяться? Он у себя во дворце сидит, с мамками-няньками, папками-дядьками.
– Ну мало ли разных королевичей по свету бродит, – весело помотал головой Михей.
– Ни одного не видала пока, – усмехнулась я. – Боятся, наверное.
– И правильно делают, – философски изрек парень. – Бояться надо.
– Почему? – удивилась я.
– Магия, она особого уважении к себе требует. Вот я не умею колдовать, а потому даже не представляю, какое зло ты можешь мне причинить и чем, и начинаю сам себе всякие ужасы придумывать.
Может, такого вообще сделать никто не в силах, а у меня воображение такое богатое, что я уже и чертом себя вижу, и камнем, или еще кем-нибудь. Боюсь и остерегаюсь. На всякий случай. А другой ни во что не верит, вот и лезет на рожон везде, где ни попадя, хвастаясь своей храбростью и непобедимостью. Вот тут-то его тепленьким и приколдуют на всю оставшуюся жизнь. Так что все требует осторожного подхода.
У нас же про магию говорить особо не принято.
– Ишь ты, философ нашелся, – пробубнила я.
А парень не совсем безнадежен, оказывается, понимает, что в дремучей глуши живет.
– Иди спать, Михей, – вздохнула я. – Утро вечера мудренее.
Тьфу, ты! Уже сама под сказки дурацкие подстраиваться начинаю.
Я достала из кладовки запасное одеяло и подушку, пропахшие сыростью от нечастого употребления, и кинула Михею. Он поймал на лету постельные принадлежности и ушел в сени обустраиваться.
– Развел тут разглагольствования, – проворчал кот, вылизывая заляпанный гречневой кашей бок.
– Да ладно тебе, – махнула я рукой.
– Что да ладно? А вдруг он сам колдун какой-нибудь?
И я покосилась в сторону сеней, откуда слышалась возня устраивающегося на ночлег Михея.
– Да нет, Сень. С чего ты взял?
– Ну мало ли… – И кот продолжил гигиенические процедуры. – Вот гаденыш, всю шерсть мне испортил!
ГЛАВА 3
Рассветные лучи солнца разбудили меня, жестоко ослепляя через плотно закрытые веки.
Я сунула голову под подушку в надежде поспать еще немного, но сон успел благополучно удрать, оставив на прощанье несколько сладких зевков. Сенька спал у меня в ногах, свернувшись клубочком и подложив под голову пушистый хвост. Едва я успела подняться, кот приоткрыл один глаз и недовольно пробурчал:
– Что тебе не спится в такую рань?
– Не знаю. Весна, наверное, – беспечно отозвалась я.
– Ну-ну, – ехидно муркнул Сенька себе под нос, но я услышала.
