Лучше бы я с Васькой поехала, раз уж так на приключения потянуло. По крайней мере, если бы его принесли в жертву или прихлопнули (тьфу, тьфу, тьфу, конечно), то это была бы катастрофа не в государственных масштабах. А тут… Что-то я уже совсем в себе не уверена. Может, свалить, пока не поздно? Ага, и бросить королевича на растерзание. Нет уж… Назвалась груздем, как говорится, полезай в кузов. Вот как только стемнеет, так и полезем.
О том, что ждет нас за стеной, думать хотелось как можно меньше.
Прибежал Сенька. Опять пропадал где-то, пока мы тут важные вопросы решали.
Наверное, обедать ходил. Ему проще, он – кот, наловил мышей, вот тебе и мясо. Везет ему. Хотя на жаркое из мышей я бы не согласилась даже при угрозе голодной смерти. Я так думаю. Не знаю. Бррр.
Есть сразу расхотелось.
– Я тут прогулялся. – Довольный Сенька подсел к нам.
– Я за тебя рада, – кисло отозвалась я, рассеянно выщипывая травку рядом с собой. – Ну и что? Наелся?
– До замка прогулялся, – уточнил кот для непонятливых. Для меня то есть.
– И что узнал? – оживился королевич.
Сенька напустил на себя важный вид и выдержал театральную паузу. Мы в нетерпеливом ожидании уставились на него.
– Ничего утешительного. В стене ни одной лазейки, даже для меня. Только центральные ворота.
– Так не бывает, – не хотела верить я.
Кот склонил голову набок.
– Ты мне не веришь? Вот и делай после этого добро вам. – Сенька обиделся. – Я все лапы ободрал, лазая по колючим кустам, обследуя каждый камешек, избавляя вас от необходимости всю ночь бродить вдоль стен замка в виде двух привидений.
Помогаю, так сказать, по мере сил, а они…
И он повернулся к королевичу за поддержкой. Елисей пожал плечами и с укором посмотрел на меня. Я ничего не ответила.
– Значит, остаются только ворота, – сделал вывод Елисей.
– Забудь, – осадил его Сенька. – Там одной охраны на армейский взвод хватит. Муха не пролетит.
– А кот? – на всякий случай спросила я, будучи уверена, что Сенька уже попробовал просочиться внутрь.
– Я пробовал, – оправдал мои ожидания кот.
– Меня чуть на копье не вздели, еле лапы унес. Кстати, князя заодно увидел. Он как раз в замок возвращался в тот момент, когда меня чуть четвертой жизни не лишили.
– Почему четвертой? – не понял королевич.
– Потому что у кошек девять жизней. Первые три он уже где-то профукал, – пояснила я и снова вернулась к прежней теме разговора. – И что он из себя представляет?
– Ничего особенного, – фыркнул Сенька. – Не впечатляет. Худой, высокий, подозрительный и злой.
