Носятся со своей Василисой, как толпа грибников с одним лукошком…
Внезапный порыв ветра распахнул окно, и я подпрыгнула от неожиданности. Свечи на полу испуганно затрепетали и потухли. Комната погрузилась во мрак.
«Мне конец!» – пришла в голову истеричная мысль. Где моя метла? Верните! Я никогда больше не вылезу из своего леса и буду культивировать мухоморы! Обещаю! Только спасите меня! Возникло желание не дожидаться окончания светопреставления, а самостоятельно выброситься из окна, но осуществить это малодушное намерение мне не удалось – окно с шумом захлопнулось, и свечи вновь вспыхнули яркими язычками.
Я сползла на пол по спинке кровати и с радостью почувствовала сердцебиение в груди.
Кащей полюбовался моим «храбрым» видом, усмехнулся, но продолжать пламенную речь не стал.
– Кстати, тебе такой фасон не идет, – усмехнулся он, закрывая за собой дверь.
– Спасибо за комплимент, – буркнула я ему в спину.
Королевич еще не спал, когда я тихонько поскреблась к нему в дверь.
Его покои были не намного больше моих, но обставлены с большим комфортом и роскошью. Да и одежду ему дали очень даже приличную. Наверное, Кащей из своих старых запасов выделил. На прикроватной тумбочке, инкрустированной серебряной вязью, стояло блюдо с фруктами.
При виде меня Елисей тяжко вздохнул и отчаянно высморкался.
– Все так плохо? – спросила я, присаживаясь рядом с ним на кровать и хватая яблоко.
– Да уж откуда хорошему взяться?
– Ко мне шам Кащей шаходил, – поделилась новостями я, жадно вгрызаясь в сочный плод.
– Ко мне тоже. – Королевич поморщился. – А толку-то?
– Што он тебе шкажал?
– А что он скажет? Уверял, что не имеет никакого отношения к похищению, только я ему не верю.
– Пошему?
Королевич посмотрел на меня так, словно у меня вдруг выросли рога.
– Ты с ума сошла? Разве можно верить такому злодею? Естественно, он не признается. И все это прекрасно знают.
И отец, и магический сыск, да и остальные тоже. Только раньше повода не было вывести его на чистую воду, а теперь вот и преступление на лицо, да доказательств маловато.
– А что же первая делегация так позорно провалила переговоры? – спросила я, с сожалением глядя на оставшуюся от яблока плодоножку и протягивая руку за следующим фруктом.
– Не знаю, – пожал плечами Елисей. – Я уже к тому времени в пути был.
– Жаль.
И тут меня осенило.
