– У меня мания добиваться своего, правда, весьма своеобразно, – не сдавалась я. – Я хорошо разбираюсь в медицине, поэтому ты ничем не рискуешь.
Кащей с вызовом посмотрел мне в глаза, явно давая понять, что уступать мне не собирается. Я в ответ состроила самую зловещую физиономию и уперла руки в бока. Отделаться от меня было уже достаточно проблематично. Я упертая.
– Мне бы очень не хотелось прибегать к крайним мерам. – Мой голос звучал угрожающе. – Но если будет надо, то я испепелю на тебе эту рубашку, тогда придется лечить еще и ожоги.
Естественно, я не собиралась прибегать к столь жестокому обращению, но угроза и мой решительный вид произвели нужное впечатление, что мне и требовалось.
– Ну хорошо, – нехотя согласился Кащей, медленно расстегивая плащ и снимая рубашку одной рукой. Видимо, боль была действительно сильной.
Ничего себе! В одежде он худым таким кажется, а разделся, так под кожей одни мышцы перекатываются. Одно загляденье. Стоп! Ну и куда меня опять занесло? Срочно возвращаемся к текущей проблеме.
Плечо было достаточно грубо перевязано бинтом, успевшим местами пропитаться кровью и какой-то желтовато-коричневой жидкостью. Я осторожно размотала повязку, стараясь не причинить боль моему капризному пациенту, когда отдирала присохшую ткань, и склонилась над глубокой резаной раной, пересекавшей все плечо почти до ключицы."
"– Та-а-ак, – протянула я с видом ученого, изучающего действие трупного яда на развитие живого организма. – И кто такой «добрый» тебя лечит? Хотелось бы мне на него посмотреть.
А еще лучше откусить ему голову.
– А что тебе не нравится? – спросил Кащей, поворачивая голову и искоса стараясь рассмотреть, что же меня так впечатлило.
– Все, – нахмурилась я. – И убери свой любопытный нос, он мне мешает.
– Кто бы говорил про любопытство, – проворчал пациент, но голову послушно отвернул в другую сторону.
Рана в самом деле выглядела ужасно. Она была очень глубокой и лишь чуть-чуть не доходила до кости. Возраст ее насчитывал дней пять как минимум, а при неумелом и неправильном лечении она сильно воспалилась и подкровавливала.
Ровные края, какие остаются только от удара мечом или похожим на него оружием, уже приобрели нехороший багровый оттенок и отечность. Если не принять экстренные меры, то очень скоро поднимется температура, и тогда уже будет гораздо сложнее что-либо сделать, если вообще возможно.
Я осторожно пропальпировала горячую кожу вокруг раны. Кащей невольно дернулся от прикосновений моих пальцев и скрипнул зубами.
