Мне безумно захотелось влезть наверх, и я не посчитала нужным бороться с подобным желанием, тем более что раскидистость дерева позволяла сделать это без особого труда. Облюбованная мною еще снизу ветка оказалась занятой. На ней красочно расположилось гнездо. Осторожно заглянув внутрь, я убедилась, что гнездом давно не пользовались – ни отложенных яиц, ни свежей подстилки в нем не было. Без зазрений совести я переставила гнездо на соседний сук и взгромоздилась на освободившееся место, обхватив ствол руками. Мне становилось легче, способность думать медленно возвращалась.
Александр, значит. Ну что ж, у моего противника появилось вполне человеческое имя, а то уж я действительно подумала, что у них сбрендившая на народных преданиях семейка. Назвать ребенка Кащеем – это так символично, хотя и глупо. Черные маги всегда стараются быть оригиналами почти во всем.
И тут я поймала себя на мысли, что не почувствовала в молодом князе чернокнижника. Во время лечения сложно заниматься анализом посторонних ощущений, но сейчас, припомнив состояние его энергетики, я засомневалась в обоснованности приписываемых ему качеств.
Еще в Петравии я знала одного некроманта и любителя поработать с низшими энергиями (тайно, естественно), так от него за версту разило гнилью и падалью. Не в прямом смысле, конечно. А тут… При том виде лечения, какое я применила сегодня к Кащею, идет обязательный обмен энергией, и уже скрыть истинную магическую природу невозможно. И я не обнаружила никаких черных субстанций или темных пятен. Словно он был обычным рядовым магом, какие раскиданы по всей Расстании.
Хотя кто его знает?
С моего насиженного места открывался прекрасный вид на главный вход. Центральные ворота тщательно охранялись бдительными стражниками. Из замка вышел местный лекарь. Постояв немного в нерешительности, он направился по дорожке в сторону леса, как раз к моим дубам. Молодая листва была уже достаточно крупной и густой, чтобы скрыть меня от посторонних глаз, и я искренне надеялась, что эскулап меня не заметит.
Но он заметил. Мою сумку, валяющуюся на земле.
Лекарь поднял ее и растерянно огляделся по сторонам. Я на всякий случай замерла – вдруг уйдет. Но он уходить не собирался, а, напротив, походил вокруг деревьев, заглянул под торчащие из земли корни, будто я могла заползти в норку и там схорониться, а потом все-таки поднял глаза. Наши взгляды встретились.
– Ты в курсе, что тебя ищут по всему замку? – спросил он, переходя на «ты».
– Нет. А зачем? – Меня это насторожило.
