А если это любовь?

Вы и без меня неплохо справляетесь, А ты… – Бэлла повернулась к Дарине, – потом не говори, что я тебя не предупреждала. Время и дату, думаю, согласуете сами.

– Не так быстро, куколка. Сначала я хочу убедиться, что девочка стоит своих денег.

Дарина перевела ничего не понимающий взгляд с Родиона на Бэллу и обратно."

"– Он хочет, чтобы ты разделась, Шанель, – пояснила та бесконечно уставшим голосом. – Ну, что ты, мать его, встала?! Если готова – так раздевайся. А нет – проваливай.

Она как угодно представляла этот момент, но так… За секунду в ней сменились тысячи самых разных эмоций.

Глупых порывов. И чувств. Своим окриком Бэлла отмела их все подчистую. Не осталось ни-че-го. Дарина потянулась непослушными холодными, как у трупа, пальцами к стройному ряду пуговичек на рубашке. Кое-как те расстегнула, развела в стороны полы. И замерла, уставившись в пол. Так прошло несколько секунд, в какой-то момент она не выдержала. Вскинула ресницы и тут же нарвалась на его взгляд, в котором явно читалось, что уже сделанного ему недостаточно. В поисках поддержки или какого-то знака покосилась на Бэллу, но та стояла, повернувшись в полупрофиль к окну, и не стремилась ни помочь ей, ни приободрить. Она даже не следила за тем, что происходит, будто наказывая Дарину за смелость ее ослушаться.

Горло Дарины судорожно сжалось. Родион вздернул бровь и будто бы вскользь равнодушно мазнул взглядом по циферблату металлически поблескивающих часов. Если ему это надоест, то все, что она уже сделала, все жертвы, на которые пошла, будут напрасны.

Дарина это понимала. Как понимала и то, что Бэлла не даст ей больше ни единого шанса. Шанс у нее был лишь один… Максимально отстраняясь от происходящего, Дарина расстегнула манжеты. Сняла рубашку. Джинсы… Решительно расстегнула лифчик, но в последний момент что есть силы сжала в руках чашечки, не давая тому упасть. Сделала глубокий вдох. С шумом выдохнула, позволяя грудям вырваться на свободу, и, больше ни секунды не медля, стащила трусики.

– Ну, что? Ты доволен? Может быть, теперь обсудим детали? – отмерла Бэлла.

– А что тут обсуждать? – Родион смерил обнажённую Дарину ничего не выражающим взглядом и, стремительно преодолев разделяющие их метры, бесцеремонно коснулся пальцами ее лобка:  – Здесь все сбрить. Волосы на голове не трогать. Никаких завитков, лака и шпилек. В остальном полагаюсь на твой безупречный вкус.