Не мог… Это все было гостайной. Но однажды, где-то через пару недель, Семен вернулся домой как никогда взвинченным. Молча заперся у себя в кабинете. Кому-то звонил… А я ведь уже отвыкла от этой дистанции, понимаете? Вот и сунулась. Замок на двери открывался легко, достаточно было прокрутить расположенную под ручкой заглушку. Я и прокрутила. Тихонько открыла дверь и заглянула в образовавшуюся щелку. В тонкий просвет было видно край пустого стола и ручку офисного кресла, в которую Шведов вцепился так, что побелели пальцы.
Широко распахнув глаза, я немного сдвинулась, меняя угол обзора. И увидела, да… Точней, поняла. Что второй рукой он яростно себе отдрачивал под столом.
Меня охватило страшное смятение. Я не могла понять — зачем ему это нужно. Пусть я до сих пор наблюдала в муже некоторую зажатость в сексе, то, как далеко мы продвинулись вперед за эти недели, вселяло уверенность, что теперь-то я уж точно его удовлетворяю. Выходит, я ошибалась?
Не знаю… Может, я думала слишком громко.
Но Шведов как-то понял, что у его шоу появились зрители, и застыл. После чего медленно отвел руку и, глядя на дверь, за которой я притаилась, опустил на подлокотник. Кровь долбила в уши, шеки невыносимо горели. Я не могла понять, что мне делать дальше. Сбежать? Глупо. Спросить, почему он предпочел мне собственную руку? Так ведь даже в комнату было страшно зайти — столько агрессии в ней сконцентрировалось в тот момент. Может, муж от нее и хотел меня уберечь? От самого себя уберечь, может?
Я сглотнула, набрала побольше воздуха в легкие и решительно толкнула дверь.
Шла, и пола под ногами не чувствовала. Остановилась в паре шагов, теребя поясок халата. Зачарованно пялясь на его медитативно вздымающуюся и опускающуюся грудь.
— Если бы вместо руки была я, как бы это было? — спросила, сформулировав свои мысли таким вот странным образом. Зрачки Шведова расширились. Он отвернулся, пальцы на подлокотниках разжались и вдавились в них с новой силою.
— Не знаю. Может, в рот бы трахнул так, чтоб задыхалась.
Или сзади, повалив животом на стол.
— Тебе… — я снова смочила губы языком. — Это нужно для успокоения? Те женщины… были нужны для этого?
Он был слишком крут, чтобы признаться, и слишком скрытен. Да только вряд ли я нуждалась в подтверждении своих слов. В моей голове, наконец, сошлось все то, что я никак не могла состыковать раньше.
— Вер, иди, накрывай ужин. Я через пять минут подойду.
— Со мной ты кончишь за две.
