А маме не скажем

«Мама убьет меня за это – мелькнула мысль. – Она же говорила, нельзя… Братья… А я… Я не могу остановиться». Тормозить сейчас будет преступлением для нас всех.

Кристиан отодвинулся немного в бок, пропуская брата выше.

– Ничего не бойся, – шепчет он, обдавая жаром дыхания кожу.

А я поняла, почему выбрала Стэфана для самого первого раза. Я хочу, чтобы Крис был тут, со мной. Надёжный, успокаивающий…

Губы Стэфана коснулись моих. Впервые ощутила чуть солоноватый вкус собственной плоти. От столь интимного ощущения я сама стала вылизывать его рот, чувствуя, что мужской член больше не трется о живот, он упирается прямо туда… Перестала дышать, когда рука Стэфа скользнула вниз, обхватывая мужское достоинство, направляя его вниз, упирая во вход.

Кристиан напрягся, но сделал вид, что совсем не ревнует. Поздно ревновать. Всё, чего я так боялась, от чего бежала, уже происходит. Он сильнее сжимает мои руки над головой, накрывает поцелуем губы, ловя мой язык, лаская его своим. Локоть Стэфана упирается в кровать возле меня, второй рукой он держит меня под попку, слегка сжимает ягодицы, приподнимает бедро, и я чувствую лёгкое, но такое приятное, жжение, когда бархатная головка проталкивается внутрь и замирает, давая мне возможность привыкнуть к новому ощущению.

– Мама… – задыхаюсь. Дёргаю рукой, чтобы обнять Криса, но он держит.

– Потерпи, – просит мужчина и обращается к брату. – Стэф?

Тот кивает и резко ударяет бёдрами, прорывая одним этим движением преграду, разделявшую нас.

– Больно… – раздаётся мой хриплый стон, тут же поглощенный Крисом.

Стэф не двигается. Его брат собирает мои слезы.

– Как больно…

– Сейчас станет легче… Совсем немного потерпи. Больно больше не будет, – губы Стэфана присоединяется к брату. – Будет хорошо. Я обещаю…

Глава 62

Стэфан"

"Я терпеливо жду, когда наша Милли привыкнет к новым ощущениям. Старался аккуратно, но ей все равно очень больно. Брат шепчет малышке успокаивающие слова. Целует в губы, глаза, щеки. Я присоединяюсь… Мы, не сговариваясь, с Крисом подарили ей самый интимный и откровенный поцелуй даже для нас.

Милли приоткрыла рот, чтобы сделать вдох. С двух сторон ее губ коснулись сразу двое мужчин. Не удержавшись, я толкнулся бедрами вперед, урча от удовольствия, растворяясь в безумии. Наши языки по очереди и вместе ловят ее. Они переплетаются, шараша по мозгам так, что те не выдерживают, отключаясь окончательно.

Я приподнялся на локте, вторую руку вновь спустил ниже, удобно устраивая под поясницей нашей Милли.