А маме не скажем

 – Бухой, что ли?

– Придурок! – ругаюсь в пустоту и, видя, что брат успел выйти из машины, вылетаю следом.

Захожу во двор, хватаю засранца за шкирку, вытаскиваю на улицу. Подальше от любопытных глаз собравшихся гостей. Со всей дури швыряю его об стену, выбивая воздух из легких.

– С-с-сука! – ору на него. – Что! Ты! Делаешь?! – сжимаю кулаки на футболке.

Ткань жалобно трещит, а брат тяжело дышит и равнодушно смотрит поверх моего плеча. Мелькнула мысль, не накурился ли он?! Но запаха травы не ощущается. Выдыхаю. Хоть это хорошо! Но прибить его все равно хочется.

– О, кто приехал… – все так же совершенно безразлично тянет Стэф.

Он не спал всю ночь и все же нажрался. Глаза красные. Перегаром несет за километр. Не удивлюсь, если был не один.

– Ты мог нас всех угробить?! – из моей груди вырывается рык.

От этой глупой детской выходки ощутимо потряхивает. Я знаю, как он водит. Этот придурок выигрывает уличные гонки! Разве что Герман может стать для него достойным соперником. Еще один любитель пощекотать нервы.

Стэфан видел меня. Он сделал это специально. Хочет ссоры со мной? Или испортить праздник отцу? Не позволю сделать ни то, ни другое. Придется как-то договариваться.

– Я случайно, – делает невинную морду.

Мне остаётся только дышать. Глубоко. Ровно. Стараясь успокоиться и не шандарахнуть его головой об стену. Нельзя ведь. Еще от аварии не отошел.

– Не строй из себя идиота, – говорю брату и убираю руки.

Делаю шаг назад, чтобы не дать ему в наглую морду.

– Стэф, не надо скандала, – включается Дрейк.

 – Ты ни хрена не добьёшься. Поехали, поговорим. Мне здесь все равно будут не рады, – усмехается друг, положив большую ладонь на плечо моей копии.

– Это точно, – улыбается брат. Нас стало отпускать. – Папочка позеленел от зависти, увидев тебя в списке самых молодых миллиардеров страны. Ты бы видел его рожу, – ржет он.

– Спасибо, не горю желанием, а вот выпить с тобой буду рад, – Дима протягивает ему руку."

"– То есть вы решили меня кинуть? – возмущенно смотрю на предателей. – Охренели?!

А им лишь бы поржать.

– Я буду паинькой, – говорит брат. – Обещаю. Но потом мы поговорим. Нормально! Не как вчера, – совершенно серьезно смотрит на меня, будто и не было этой ребяческой выходки.

– Согласен, – протягиваю ему руку.

Стэф крепко сжимает ладонь.

– Ну вот и славно, – к нам подходит вечно ехидный Макс. – Идем, обрадуем новобрачных своим присутствием, – в его глазах загорелись дьявольские искорки.

Да уж, лучшего я и придумать не мог. Все вышло случайно.