А может, я умею?

Тогда, полтора года назад Ира думала только о себе. О том, как бы выжить. Пережить. Не сломаться и не сдохнуть. Не факт, что не сломалась. А вот родителям хлопот точно доставила.

— А что у нас к чаю?

— Да я что-то не испекла ничего, — мама обернулась от шкафчика, куда убирала банку с чаем. — Захлопоталась. Вафли только покупные да конфеты. Конфеты вкусные, отец протестировал.

— Конфеты, проверенные папой — это замечательно! — с энтузиазмом отозвалась Ира. — Садись и расскажи, как у тебя дела на работе?

Мать поставила на стол вазочку с конфетами и упаковку вафель.

— Да что у меня может быть интересного на работе, Ириш? Нет дела скучнее, чем бухгалтерия.

— Да? А я думаю, страсти кипят везде. А уж в финансах…"

"— Ой, ты скажешь тоже! — рассмеялась мама. А потом вдруг оживилась. — Но, кстати… Слушай, у нас в последнюю инвентаризацию такое обнаружилось…

И через пару минут на кухне уже раздавался дружный женский смех.

9

— А что же, Ираида Павловна, больше дамское белье на деревьях наши жильцы не развешивают?

Ирина медленно обернулась.

Тот самый, говорливый, со второго этажа, с йорком, который уже деловито обнюхивал Ирину кроссовку.

— Добрый день, — Ира вежливо улыбнулась. — Нет, знаете ли, больше не попадалось.

Ира положила метлу на бордюр и полезла в карман штанов за сигаретами. Жилец со второго этажа посмотрел на сигарету в ее руке неодобрительно, но уходить не спешил. Он явно был настроен на общение. А еще он совершенно точно смотрела на ее как на женщину, Ира это чувствует.

Прелестно. Только престарелого поклонника ей не хватает. Ей бы с одним, гораздо более молодым и горячим, понять, что делать.

— Фу, Самсон, фу!

А Самсон самозабвенно трахает ее кроссовку. В последнее время мужчины просто не могут пройти мимо нее!

— Вы извините, Ира… вас же можно называть Ирой? — Ирина кивнула, затягиваясь. — Я просто не знаю, что на него нашло!

— Обычное половое поведение кобелей, — пожала плечами Ира. Жилец уставился на нее, приоткрыв рот.

Черт. Она все время забывает, как правильно говорить с мужчинами. Только с Великолепным получается говорить, не задумываясь.

А, вот только помяни нечистого…

— Добрый вечер.

— А, Георгий Александрович! — хозяин йорка с удовольствием, но весьма кислым, пожал руку подошедшему Гоше. — А мы тут с Ирочкой обсуждаем, какие у нас в доме жильцы веселые.

— В самом деле? — Георгий не сводил взгляда с йорка, который теперь крутился у его ног.

— Да.